Строки прощания из сгоревшего дневника

– Ну, когда госпожа находится в карете, то так действительно безопасней! – задумчиво проговорил кучер, подсовывая гонцу побольше жареного мяса, а то у того глаза голодные и сам бледный.

– Ага, для нас! – снова гоготнул Картер и заржал в голос с другим рыцарем.

– Ну что, балдеете, как посмотрю! – тихо проговорили в теневой глубине кареты.

Конский гогот сразу смолк.

– О! Ты проснулась! – заулыбался Картер и мило заговорил. – Я думал, ещё поспишь!

– М-м-м! – протянула Лин и вышла на тусклый свет костра, оставаясь стоять и сверлить Картера мстительным взглядом.

Портниха же спокойно села обратно, буднично доедая свой ужин. Тёплый, золотистый свет пламени с лёгким треском показывал красные отметины от каната на теле Лин. Беловолоска хрустнула шеей и медленно подошла ещё ближе.

– Картер, золотце, давно, видать, на грани жизни не был? – низко и спокойно спросила она.

– Первый уровень угрозы! – заорал Картер и, вскочив на ноги, схватил кусок мяса. Гонец не уловил, как мужчина оказался за спиной у девушки и медленно водил перед её лицом этим куском.

Не успел он договорить, как девушка со злостью куснула этот кусок. Лин сделала это так резво, что гонец от испуга дёрнулся. И судя по тому, как рыцарь тряс рукой, дёрнулся посыльный не зря. Теперь мужчина смотрел во все глаза, переживая за Картера, не откусила ли она рыцарю палец.

Но, увидев, что тот перестал трясти рукой и сам пересчитал свои пальцы, он успокоился.

– Если что, ты ж меня защитишь, да? – тихо спросил он его.

Посыльный скульнул и потерял аппетит, кажется, до самого окончания этого путешествия.

ГЛАВА 3

Время до появления расщелины.

60-й день лета.

…Раньше я знал причину войны между двумя башнями и хоть не любил своих собратьев, но был на их стороне, ведь наши мировоззрения были схожи. Наши цели и мысли совпадали и шли неразделимо друг от друга.

Из дневника

– Хм, и кто у нас тут? – прозвучал, словно горный ручей, её голос – такой же чистый и лёгкий.

Свет, что просачивался из-под ветвей высоких деревьев леса, любил женщину и ласкал её шелковистую кожу. Мужчина сглотнул и подавил зависть, маг тоже хотел прикоснуться к ней и вспомнить, какая она на ощупь.