Столько лет… Книга вторая

Тут же перехватывает мои руки и резким движением задирает вверх, жёстко зафиксировав над головой ладонью. У меня и до этого было все мокро между ног, а сейчас я очень явственно чувствую, как начинает стекать по внутренней стороне бедра.

– Ты вирус,– шипит он мне в губы, склонившись низко к моему лицу,– и я найду противоядие, чего бы мне это не стоило. Я излечусь от тебя, от этого наваждения.

Пригвождает меня свободной рукой за шею к стене. Должна чувствовать боль, наверное, а я только сильнее завожусь.

И он тоже, я чувствую его эрекцию.

Делает вдох у виска, секунды без движения, и затем находит мои губы. Никакой нежности, ласки, мягкости. Вгрызается, засасывает, кусает, кажется, даже до крови: чувствую, как металлический привкус добавляет соли этой дикости между нами. Я и сама не более нежная, захватив его язык, посасываю его как одержимая, прижимаюсь низом живота.

– Ненавижу,– выдыхает мне в рот, глядя в глаза. Спасибо темноте, не вижу всего спектра его эмоций. Но прекрасно чувствую, как его разрывает от желания и ненависти.

Реактивный коктейль. У самой не лучше: чувство вины, презрение к своей похотливой натуре и осознание того, что последует за этим буйством гормонов. Желать его сейчас неправильно, аморально по отношению к дочери, но я до смерти хотела Алана именно в эти минуты. Почему? Потому что больше возможности не представится.

Я сука.

– Знаю,– отзеркаливаю Руслана. Не могу ждать, опустив руку вниз, касаюсь его плоти, я настолько голодная до него, что едва сама не насаживаюсь на член.

Заторможено понимаю, что пижама все ещё на мне. Скулю, ерзая по его торсу.

– Ненавижу,– уже громче и чётче, но с такой мукой похоти чеканит, что у меня мышцы лона вибрировать начинают.

– Просто секс, Руслан, здесь темно, давай сделаем вид, что не знаем друг друга,– несу бред, ведь мозг давно в состоянии желе. Я сейчас в убийстве принцессы Дианы признаюсь и даже не пойму этого.

– Больная, идиотка… и я не лучше,– роняет голову мне на плечо, обрушивая кулак на стену рядом с моим плечом.

Он мог бы попасть в меня?

– Руслан,– выдыхаю ему на ухо, утыкаясь носом ему в висок. Дышу им, мурлыча, как кошка от валерьянки. Ладонями скольжу по этому до боли желанному телу. Мужчина весь каменеет.

ГЛАВА 14

Столько лет…

Не ощущать его, не слышать, не чувствовать его жар, не вдыхать его запах. Вот что есть наказание, вот что есть кара. Без его тепла, любви и ласки я была все это время заморожена.