Я не предам тебя

Говорят, она очень красива, – рассказывала одна из девушек двум подругам, – Их видели в театре, и граф за ней так красиво ухаживает, говорят, услужливо руку подставляет, пальчики целует и…

– Что же он с нашей серой мышью всю снежную трефу провёл? – перебила болтливую адептку подруга.

– Так потому что та девушка порядочная – училась в академии, а вот сейчас окончила, совершеннолетняя.

– Ну а мужику надо было же с кем-то напряжение сбрасывать, – вставила под звонкий смех третья.

Каждое их слово резало сердце Адель тупым ножом, заставляя кровоточить болью его сильнее, вынуждало девушку, стоящую за растением, судорожно впиваться зубами в свою же ладонь, чтобы не закричать!

Пошатнувшись и едва не выдав своего присутствия, Аделина медленно побрела домой.

«А может правда – Леан ждал, когда та девушка, его невеста, окончит академию?» – возникла у неё догадка, заставив замереть на месте. «Может ему она дорога, именно к ней он отлучался, а мне ничего не рассказывал? А если так – нужен ли ему ребёнок от той, с кем просто проводил время?»

Решение о письме мгновенно испарилось, и отрезвляющая страшная мысль посетила Аделину: «А что если он ценит свою невесту, что если, узнав о беременности, которая может кинуть тень на его моральный облик, воспримет нашего дитя как угрозу своему браку и заставит меня избавиться от него?».

Приложив одну ладонь к груди, где судорожно от страха забилось сердце, другую ладонь к животу, где искрилась энергия жизни её маленького счастья, Аделина решила, во что бы то ни стало, скрыть беременность от всех! Она никому не даст в обиду своё чудо, своё дитя! Она будет бороться за него! «Я люблю тебя, мой хороший, – шептала девушка, поглаживая живот – никому не дам в обиду!»

Ворвавшись в кабинет к мастерессе целительства, лихорадочно спросила у опешившей женщины:

– Каждый целитель может увидеть искру жизни в моём чреве?

– Что? – не поняла сначала мастересса, а когда Адель более внятно повторила, качнула головой: – Нет.

Аделина сославшись на здоровье, забросив лекции, пару световиков провела в своей мастерской. Вспомнила слова Леандора о том, что тени разумны и чувствуют и поняла, что надо создать артефакт, скрывающий не просто её беременность от целителей, но и от теней.