Порочный договор

– А ты неплохая актриса, Милолика, – пальцами ухватил подбородок девушки, зафиксировав её голову, и цинично растянул губы в улыбке: – Кто бы мог подумать, что за такой внешностью, невинным взглядом, смущением – скрывается столько лицемерия.

Милолика не сдержалась, прикрыла глаза и по щекам скатились слезинки, но они не разжалобили мужчину. Рустам только сильнее сжал пальцы:

– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! – рыкнул раздражённо, большим пальцем стирая влажную дорожку: – Не стоит, Милолика.

Отпустил поникшую девушку и, не проронив более ни слова, вышел из машины.

Дверь рядом с Ликой распахнулась.

– Выходи, – последовал приказ, которому Лика не могла не подчиниться, хотя испытывала огромнейшее желание забиться подальше в салон машины, чтобы переждать плохое настроение мужчины.

Лика ожидала, что они поедут домой, но Рустам повёл её в высотное здание, на лифте поднялись на последний этаж, где располагался один из самых дорогих ресторанов города.

Вопрос – «зачем они здесь?», так и вертелся на языке, но то, что она не имела права его задать – угнетало ещё больше. Поникнув, Милолика скользила отрешённым взглядом по столикам, послушно остановилась вслед за Рустамом, а подняв взгляд, неосознанно отступила назад, когда глазами встретилась с мрачным взглядом Амирханова старшего.

– Заставляешь ждать, – проговорил Артур Каримович недовольно.

– Зато нашёл пару отличных вариантов, – ответил Рустам, подводя Милолику к столу и отодвигая стул.

Присев, Лика перевела взгляд на пристально рассматривающую её спутницу Амирханова и инстинктивно вжалась в спинку стула – столько злости в нём было.

Элегантно одетая женщина, с чёрными, уложенными в высокую причёску волосами, примерно лет за сорок, ухоженная, на вид скорее холёная, внимательно осмотрела Лику, пока мужчины перекидывались фразами, и перевела взгляд на Рустама.

– Мама, знакомься – моя невеста Милолика.

– Ты всё же это сделал! – процедила женщина и перевела злой взгляд на Амирханова старшего: – А ты промолчал! – резко встала, от чего ножки стула противно заскрипели и, подхватив сумочку, висевшую на спинке, с гордо поднятой головой направилась на выход.