Ареон. Грани любви

В висках пульсировало от безумного желания, сердце в груди грохотало так, что отдавало гулом в ушах, но несколько мгновений он хаотично скользил глазами по женскому телу под ним и задыхался от восторга.

– Ка-а-а-с, – Дарья дёрнула бёдрами навстречу ассианцу и страсть полностью засосала их в свой омут вожделения и удовольствия.

Глубокие толчки сопровождали порывистые, протяжные стоны Дарьи и глухие, рычащие Кассандра. Движения мужских бёдер резкие, мощные, сменялись томительно медленными, от которых Даша всхлипывала, запрокинув голову.

– Ка-а-а-с! – закричав, Даша содрогнулась и выгнулась как тетива, как насаженная на иглу наслаждения бабочка затрепетала крыльями экстаза. Сжимая своим лоном член Кассандра, внутренне сокращаясь шелковистыми стеночками, ввергла и его в пучину наивысшего блаженства, с которым ассианец, вскрикнув, сжал женское тело, прижимая Дарью к себе, отчаянно желая вплавить девушку в себя.

Несколько долгих мгновений с губ Кассандра и Даши срывались стоны удовольствия и только иномирные светлячки невольными свидетелями наблюдали как мужское и женское тела сплелись в захлестнувшей их эйфории чувственного наслаждения.

На некоторое время Даша выпала из реальности – ей не хотелось ничего, просто вот так парить в облаке странного нежнейшего блаженства и покачиваться на его волнах. Моргнув, она приподняла голову, осознав, что Кассандр перевернувшись, устроил её на своей груди.

Необычное чувство захлестнуло Дашу с головой – правильность всего происходящего. Вот так лежать, прижавшись обнажённым телом к телу Кассандра – идеально и естественно как дышать и жить.

– Моя лияна, – прошептал ассианец и Дарья даже спрашивать не стала – что он имеет ввиду. Она положила голову обратно ему на грудь, прикрывая глаза, но Кассандр не дал ей провалиться в сонную негу.

– Даша, – позвал он, легонько сжимая округлую ягодицу, отчего девушка, недовольно выдохнув, вынужденно подняла голову. Она уже хотела отстраниться, но его рука удержала. – Прикрой глаза, – попросил ассианец.

– Зачем? – прошептала Даша, всматриваясь в лицо Кассандра. Сейчас его белоснежные волосы разметались, и это странным образом придало жёсткости его чертам.