В пелене снов

– Да, большое спасибо за поздравления, – ответил я, глядя прямо ей в глаза.

– Пойдем! Я приготовила подарок для тебя, – девушка взяла меня за руку и повела в комнату. А я снова почувствовал жар от ее прикосновения.

Мы сели на диван, и Алина протянула мне подарочный пакет. Я взял его, специально дотронувшись до ее руки, чтобы снова разбудить в себе бурю. Первым делом я достал книгу и начал ее листать. К моему удивлению, книга была на французском языке.

– Тебе нравится? – Девушка выглядела немного взволнованной, но глаза ее все еще горели, и этот огонек меня завораживал.

– Очень! Завтра же начну читать.

– Прочитаешь и будешь говорить на французском, как на родном! – Алина мило улыбнулась.

– Прямо как ты?

– Почему, как я? – спросила девушка.

– Я же знаю, что ты обожаешь французский с самого первого урока. Ты же постоянно поешь песни и смотришь фильмы на французском. А еще у тебя очень хорошее произношение.

– Спасибо, – Алина немного засмущалась, что было ей не свойственно, – просто я хочу полететь в Париж.

– Серьезно? – я искренне удивился, потому что раньше она никогда не говорила об этом.

– Да. Это моя мечта. Для начала я хочу просто побывать в этом городе, почувствовать его атмосферу, а в будущем, возможно, уехать насовсем.

Эта новость задела меня. Мне не хотелось отпускать Алину так далеко, тем более насовсем. Только если со мной и больше ни с кем! Но вслух я сказал лишь это:

– Надеюсь, все твои мечты сбудутся.

И я был уверен, что они сбудутся.

Алина не из тех людей, которые бросают пустые слова на ветер.

– А теперь открывай второй подарок! – Девушка подвинулась ко мне поближе, отчего мое сердце невольно забилось сильнее, а мышцы натянулись до предела.

Я достал фотоальбом и повернул голову к Алине:

– Это то, о чем я думаю?

– Да! Давай смотреть! – девушка рассмеялась.

В альбоме было множество наших совместных фотографий. На одних из них мы совсем маленькие, на других – постарше, на оставшихся – такие, какие есть сейчас.

Я перелистнул страницу. Только не это. Ледяной холод одолел все мое тело. В меня впилась тысяча острых льдинок. Я почувствовал, как тошнота подступает к горлу. Снова кровь. На снимке, где мы сидим с Алиной в театре, у меня пробита голова. Я сделал несколько глубоких вдохов, но дальше случилось то, что напугало меня еще сильнее. Кровь потекла из раны, будто фотография была живой. Алая жидкость залила всю страницу альбома, и я в панике отбросил его в сторону.