Хранитель сердца моего

– Лучше не спорь с ним, сладкая, – угрожающим тоном произнес карлик, – покажи свою метку, и мы отстанем от тебя.

– Метка не видима человеческому глазу, – как можно более спокойным тоном произнесла я, переводя взгляд с Брола на дэфора, – даже если я покажу вам ее, вы ничего не увидите.

– О, Брол сможет увидеть, – весело ответил карлик и подмигнул мне, – давай же, покажи ее. Ты ведь знаешь, где она находится?

Я знала это только приблизительно. Где-то в районе предплечья. По крайней мере, именно это место оголили мне королевские гвардейцы, когда поймали в лесу.

– Я не собираюсь ничего вам показывать! – ответила я, поднимаясь со стула.

Надо выбираться отсюда и поскорее. Надо найти Галвина и остальных. Твердая рука Брола перехватила меня за талию. Силой он усадил меня за стул.

– А теперь ни звука, – произнес он ленивым голосом, – сейчас ты последуешь за нами.

Ага, как же.

Я попыталась встать. Но ноги не слушались меня. Тело словно парализовало. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.

«Что он сделал со мной? – пронеслось в моей голове, – мне нужна помощь!»

Позабыв обо всем на свете, я открыла рот, чтобы закричать, позвать на помощь. Но губы оставались плотно сжаты, зубы крепко стиснуты, язык приклеен к нёбу.

«Что за черт?»

Я снова попробовала крикнуть, выдавить из себя хоть слово, но не издала ни звука. Я непрерывно силилась пошевелиться, вымолвить хоть короткий звук, но все было тщетно.

– Думаю, нам пора уходить, – с легкой насмешкой произнес Брол и поднялся со стула. Карлик засеменил следом.

– Что ты сидишь? – с деланным удивлением сказал Брол, – ты идешь с нами.

Меня охватил страшный зуд. Ноги сами зашевелились, руки оперлись о столешницу стола. Мое тело, словно марионетка, неловко поднялось и сделало несколько шагов в сторону выхода.

«Нет! НЕТ!»

Сознание билось в истерике. Я собрала всю свою волю, все свои силы, надеясь преодолеть эту зловещую силу, что управляла моим телом…и ничего. Губы растянулись в улыбку, ноги послушно ступали следом за Бролом, руки безвольно висели вдоль туловища. И лишь горячие слезы бессильной ярости жгли кожу.

Глаза бегали из стороны в сторону, надеясь наткнуться хоть на кого-то, кого я знаю. На кого угодно, кто мог бы мне помочь.