Эльфийская история

Я подняла рисунок на уровне его глаз и торжественно произнесла:

– Сейчас кто-то другой добивается ее, пока ты сомневаешься!

Последние слова сотворили чудо. Глаза альбиноса заблестели, он вырвал рисунок из моих рук, несколько секунд смотрел на великаншу, а затем произнес:

– Ты права! Я должен ехать в столицу. Я открою мастерскую и женюсь на великанше.

– Да! – воскликнула я, – следуй за мечтой, Абрадан!

– Я следую за мечтой, – повторил альбинос, еще больше воодушевившись. – Да, я прямо завтра отправлюсь в путь.

Да! Да! Я сделала это! Я вдохновила альбиноса на подвиги! Я – гений мотивации! Ух, а может, здесь тоже семинары организовать? А что, новаторство!

– Правильно, – сказала я, глядя на то, как Абрадан решительно срывает рисунки со стен, – и ты должен взять меня с собой.

– Зачем? – спросил он с удивлением.

Этого я не ожидала. После моей пламенной речи он просто обязан был захотеть взять меня с собой. Ну, для дальнейших советов и прочей ерунды.

– Как зачем? – сказала я, как ни в чем не бывало, – я – эльфийка.

– Но ты же изгнанница, – невозмутимо ответил Абрадан. – Мне сказала об этом Белинда.

Ох уж, эта трехглазая! И кто ее за язык тянул?

– Ты должен взять меня с собой! – твердо сказала я. – Если сделаешь это, я расскажу тебе секреты величайших портных! И про фавориток тоже!

Альбинос молчал. Он задумчиво потер переносицу, посмотрел на рисунки, затем на меня.

– Хорошо, – выдал он, наконец, – сегодня я сообщу лорду Данверу о своем решении, а завтра на закате мы отправимся в столицу.

Он бережно положил рисунки на стол и подошел к двери. Я приблизилась к нему и взяла за локоть.

– Абрадан, – прошептала я, – только лорд не должен знать, что я поеду с тобой, хорошо?

– Я уже понял, – угрюмо ответил он, – думаешь, я совсем дурак?

Я широко улыбнулась и похлопала его по плечу. Мы вышли из комнаты и разошлись в разные стороны, договорившись, что встретимся вечером, чтобы все тщательно обсудить.

Да! Да! Еще денек, и я уйду из этого жуткого места! Пусть Данвер сам в глаз Борьки часами смотрит.

7

Следующий день прошел как тумане. Меня лихорадило от возбуждения и предвкушения. Я с трудом сдерживала довольную улыбку и старательно открывала-закрывала дверь в саду. Борька, как обычно, наблюдала и говорила про концентрацию.

Близился закат. После изнурительных занятий в саду я, наконец, оказалась в своей комнате.