Принц и Виски

 – С такого стула клиентам не захочется вставать, а, значит, вырастет и выручка. Следовательно, вы только выиграете от такого приобретения! Считайте, это не вы мне, а я вам плачу.

Я была единственной, кто подсчитывал утекающие мгновения. Бал в пятницу, а сегодня уже вторник!

– Что с тобой?

– А?

– Ты всё утро поглядываешь на часы и ни разу не перелистнула страницу, – нахмурилась Марика. – Мне уже три клиента пожаловались, что им принесли совсем не то, что они просили.

Я опустила глаза на свой блокнот, вместо заказов пестревший изображениями стрелок и курчавого ворона с непомерно огромными лапами.

– В общем, меня не волнует причина, просто разберись с этим и начинай уже работать. У меня самой клиентов по горло, – напарница обвела рукой свою половину зала. – Не могу заниматься ещё и твоими.

Тут я вспомнила, почему Марику в нашем городе называют язычницей: она знает всё про всех и с готовностью делится информацией. А в моей ситуации все средства хороши.

– Постой, Марика, ты когда-нибудь слышала о жительнице Мистиктауна по имени Имельда? У неё ещё было необычное кольцо…

– Имельда? – Марика призадумалась: – Нет, не припомню, а что за кольцо? – Во взгляде вспыхнуло любопытство.

– Да так, ничего особенного: какие-то детские сказки про то, что оно, якобы, обладает магическими свойствами и прочее. Ты ведь в курсе, что Нетта хочет открыть эзотерическую лавку, сейчас как раз продумывает ассортимент, а я ей в этом помогаю – ищу необычные вещицы с историей.

– Понятненько, – протянула Марика и странно прищурилась. Тут повар выкрикнул её заказ, и напарница поспешила забрать лазанью для четвертого столика.

Через десять минут Флорис Кранах поблагодарила меня за яичницу с беконом и спросила, правда ли я ищу перстень с мистическими свойствами. Она и сидящая напротив соседка с крючковатым носом и совиными глазами жадно вперились в меня.

– Вы что-то про него знаете?

Женщины переглянулись. «А ты не верила», – говорил полный торжества взгляд госпожи Кранах. Она покачала головой.

– Впервые о таком слышу.

В течение следующего часа ещё несколько человек обратились ко мне с аналогичным вопросом, при этом, казалось, ответ их мало интересует. Зато все пристально всматривались в мое лицо, словно пытались в нём что-то прочесть.

Когда меня окликнули в двадцатый раз, терпение лопнуло.