Большие Надежды

Он отступил, едва не налетев на какого-то бедолагу, которого только что прикончил прошедший мимо, словно таран, Герберт Льюис, и попробовал выполнить ныряющий удар, но Хант просто перехватил нож в полёте. Он сжал его в ладони с такой силой, что лезвие изогнулось. Чёрт возьми, из какого дерьма это сделано?

– Да просто убей уже, – раздался неожиданный хрип. – Хватит унижать меня поддавками. Я тебе не игрушка.

Говоривший опять пялился мимо Артура, и пришлось аккуратно коснуться остриём его заросшей щеки, чтобы тот понял, куда надо смотреть.

– Твоё тело думает и действует быстрее тебя. Ты неплохо ориентируешься по звуку, – задумчиво проговорил он, продолжая удерживать клинок рядом с лицом застывшего противника, который зло выпалил:

– Но не для тебя.

– Не для меня, – согласился Хант. – Где ты учился?

Вопрос казался простым, но с некоторым удивлением Артур заметил, как поджались пухлые губы, а потом в поисках подходящего вранья дёрнулся в сторону взгляд.

– Не стоит лгать, – тихо предупредил он и чуть сильнее надавил на щёку, отчего по серой коже поползла капля крови. В этой темноте она казалась почти настолько же чёрной, как и клинок. – Это простой вопрос. Отвечай.

– Я нигде не учился, – раздался ответ, и Хант почувствовал, что мужчина не врал. Впрочем, всей правды тот тоже не говорил, и поэтому Артур выдернул из несопротивляющейся руки уже бесполезный нож, который с тихим звоном бросил на пол, и придвинулся чуть ближе к жертве.

– Не учился? Да, пожалуй, – выдохнул он, и респиратор превратил его голос в хриплое скрежетание. – Но так ли уж нигде это твоё «нигде»? М-м-м?

Острие лезвия переместилось под подбородок, вынудив задрать голову. Хант видел, как дёрнулся кадык, когда борец за очередную свободу нервно сглотнул. Крысы. Все они крысы, которые только и могут, что красть и нападать исподтишка.

– И как давно ты служишь поломойкой в Академии Канцлера? Я ведь прав? Ты наблюдал за нами, поганец, – протянул Артур зло. – Старательно запоминал и воровал всё, что мог унести в своей голове.