Мы остаемся свободными

Эмма уж так тщательно вглядывалась в потолок, в стены, в пол. Перед ней шла Соня, и получалась такая себе двойная проверка. Если бы Сонька что-то пропустила – Эмма, следуя за ней, наверняка бы увидела.

К концу рабочего дня весь Третий уровень был осмотрен и проверен. Ни одной каракатицы больше. Ни одной твари не нашлось.

– Все чисто, – устало доложил Егор, плюхаясь в белое кресло.

– У меня тоже, – сказала Жанка.

Ее обычно хорошо уложенные темные волосы теперь торчали в разные стороны – острые прядки над прямыми бровями и черными глазами, над ровненькими ушками и сережками-стразиками.

Эмма почему-то отметила про себя, что Жанка очень красивая девочка и Егору нравится смотреть на нее и касаться ее рук, плеч. Смутное желание близости и объятий – такое же точно, что было у Таис и Федора. Оно витало в воздухе странным запахом, неуловимым, почти незаметным. Запахом так называемой любви.

По крайней мере, так думалось Эмме, так она называла это сама для себя.

Жанка, видимо, интуитивно угадывала эти самые чувства Егора, потому что держалась рядом и время от времени загадочно улыбалась ему.

Вот и сейчас Жанка устроилась в кресле – в том самом, где обычно сидела Таис, и это показалось Эмме каким-то неправильным и неприятным, – придвинулась к Егору, откинулась назад, и Егор одними пальцами дотронулся до ее ладошки, свисавшей с поручня. Незаметный жест, на который ни близнецы, ни тем более Колючий не обратили внимания, и лишь Эмма слегка подняла брови и отвела глаза.

Ну что же, зато этим двоим таблетки точно не нужны и на них тратиться не придется.

– И мы не нашли ничего, – сообщил Тошка.

– Потому что они спрятались. Они не дураки, – тут же закончил общую реплику Гошка.

– Мы их так просто не найдем, только выманивать.

– Как магнитом притянуть. Они же ползут на всякие электронные платы. Думаю, что ночью они нападут снова. – Близнецы говорили по очереди, и их фразы сливались в одно длинное предложение.

Жанка слушала их с широко открытыми глазами, и Эмма не выдержала, усмехнулась. Стоявший рядом Колька тоже хмыкнул.

– Они на пятнадцатых ночью наползут, – предположил опять один из братьев.

– Да где же они, по-вашему, прячутся? – не удержался и хмуро поинтересовался Колючий. – Мы облазили весь Третий уровень станции, на карачках, можно сказать, ползали.