Мы остаемся свободными

Она заерзала на сиденье, проверяя ремни крепления. Поправила зачем-то шлем и подумала, что чувствовала бы себя намного спокойнее, если бы Федька летел вместе с ней, в одном катере. А так – в душе зрело какое-то неуютное беспокойство. Заноза, которая вроде бы и не болит особенно, но мешает и постоянно напоминает о себе.

Заноза плохих предчувствий. Это напоминало те времена, когда Таис жила на заброшенных базах и по ночам ей снились открывающиеся в темноту двери.

Только сейчас противник был известен. Сейчас этот противник очень даже реален и опасен.

2

Шлюзовая камера была просторной – почти такой же по размеру, как и ангар. Таис нервно сжимала и разжимала указательные и большие пальцы обеих рук, пока медленно закрывались двери ангара и свистел выкачиваемый воздух.

– Тай, не боишься? – тихо прозвучал голос Федора.

– Немного, – проговорила Таис, забыв, что связь общая и их слушают сейчас и Егор, и Тошка.

– Как это может быть? – тут же завелся Егор. – Бесстрашная Таис вдруг забоялась?

Пришлось ответить:

– Не ерничай, болван, смотри, как бы самому не наделать в штаны.

– Началось, – протянул Федор. – Ребята, вы должны помнить, что мы – одна команда. Мы действуем заодно, и все подчиняются мне.

– Надо бы, Федь, нам с тобой на первую вылазку лететь только вдвоем. Опробовать катера. А то неизвестно, чего можно ожидать от этих двоих, – заметила Таис.

– Пошли вон, командиры, – тут же загудел Егор, но продолжить ему не удалось.

Разъехались треугольные створки круглого выходного отверстия шлюза, и показался темный, неласковый космос.

– Выйти через шлюз и остановиться рядом со станцией. Расстояние одного прыжка, – проговорил Федор своему катеру и первым выскочил навстречу черноте.

Он двигался медленно: задал первую скорость, медленнее только черепахи ползают. Завис в пространстве, замер, поджидая остальных.

Интересно, видит ли он Землю?

– Выйти через шлюз в космос на первой скорости, остановиться рядом с «семь-один», – распорядилась Таис.

И катер полетел. Это было и странно, и прикольно одновременно. Космос надвинулся, вырос и буквально поглотил своей необъятностью. Большая чернота и крохотные точки звезд. И никакой Земли – по крайней мере с того края, где все они выбрались.

Сердце Таис екнуло и забилось где-то в середине живота.