Ликогала

– За последние сто тысяч лет тарелки практически не изменились, как были в форме крупных раковин, так и остались, – продолжил умозаключения Самсон. Ему было приятно осознавать, что-то очень старое до сих пор было очень нужным.

– Приятного аппетита, – расставляла тарелки «Елена», Кена она кормила с ложки, – Сегодня не слишком жарко, после завтрака будет прогулка.

– Я не пойду, – сказал Саед. Больше всего в жизни он ценил свободу выбора. Вот и сейчас, несмотря на всю прелесть прогулки, он не хотел принимать чужое решение.

В десять часов «Елена» раскрыла широкую дверь, и две инвалидные коляски, управляемые голосом сидящих в них, выкатились по пандусу в парк. Андроид сопровождала Кена и Самсона.

– Саед, я оставлю дверь открытой. Если захотите к нам присоединится, мы будем у пруда, – заботливо сказала робот-сиделка.

В центре пруда был фонтан в виде девушки, вынырнувшей из воды и готовой тут же нырнуть обратно. Вокруг фонтана цвели лотосы, плавали цветные карпы и уточки. Самсон попросил у «Елены» корм.

– Какое это счастье – иметь возможность двигаться, – озвучил мысли Кена Самсон, – а ведь я последний из нас троих, кто от рождения имел такую возможность. У меня спинально-мышечная атрофия. Будучи совсем маленьким, я перестал двигать своими конечностями, но возможности современной медицины все исправили, – Самсон задумался, – Нет, не все, гены остались прежними, – вздохнул он и взмахнул руками, распугав голубей.

Минут десять все молча сидели, Самсон наслаждался чистым воздухом и цветущими розами. Вкусовые рецепторы у него уже были притуплены возрастом, а вот запахи Самсон ещё ощущал. Кен просто сидел с закрытыми глазами.

– Кен, смотрите, вот так выглядит слизевик, – Самсон держал в руках ветку, на которой была какая-то жёлтая субстанция, – Они удивительные создания!

– О, нет, – Кен замотал головой.

– Я полжизни потратил на их изучение. Слизевики очень древние существа, им миллиард лет. Они обладают неким коллективным разумом, могут находить кратчайший путь до еды в лабиринте, а ещё могут просочиться в отверстие, размером в одну собственную клетку. Отдельные клетки слизевиков могут жертвовать собой для сохранения остальной колонии.

– Хватить уже о них!!! – гневно крикнул японец.