Восемнадцатый

По сегодняшней оценке, из людей Ямакавы не долетит никто.

Владимир понял, что до скрипа сжал зубы. Выдохнул, расслабил плечи. По очереди посмотрел в глаза обоим собеседникам.

– Вы оба знаете, что показатели изменятся, если они будут включены в экспедицию.

– Потенциальная вероятность самоубийства должна быть нулевой на год для допуска на базовый вейв. А у этих ребят она скачет, как бешеный заяц, ? выдавил из себя Роберт. ? Семенов, я понимаю, чего ты добиваешься, и с радостью помог бы, но это почти гарантирует крах миссии.

Даже если бы планета не была столь перспективна, мы не можем так рисковать людьми и будущим колонии.

“Вот для этого ты и нужен был здесь, Вернон… И вот поэтому ты не поехал”. Владимир поднялся из-за стола.

– Понятно, ? Семенов сам удивился, как холодно это прозвучало. Он предполагал такой исход, и не ожидал, как сильно это его расстроит. Интуиция вопила, что надо брать команду Ямакавы с собой, но ссылаться на чутье было глупо, а рациональных аргументов найти не удавалось.

Выйдя из кабинета, Семенов сразу направился к лифту и поднялся на крышу здания, на самую верхнюю террасу. Возвращаться в лагерь подготовки экспедиции не было сил. День стоял жаркий, а на такой высоте было ветрено. Владимир подставил лицо под горячие упругие порывы.

Как объяснить Роберту, Грегору, да всей Вселенной, что люди, вернувшиеся с Нью-Цереры, ? не отряд самоубийц, и не шайка слабоумных, что эти конкретные homo sapiens хотят жить больше, чем всё остальное человечество вместе взятое?

Семенов сел на бетонное покрытие, открыл планшет и стал машинально отвечать на почту.

В будто наполненной туманом голове ночным мотыльком продолжала крутиться мысль: “Какое чудо или катастрофа должны случиться, чтобы мы могли исправить эту ошибку?..”

* * *

Хилмид, 2548-07-25 19:52

Автоматическая дверь отъехала в сторону и Владимир встретился взглядом с хозяином квартиры. Тот свисал с потолка, зацепившись коленями за турник и прижимая к груди спортивный гравиблин, выставленный на максимум.

Семенов хмыкнул и направился в кухонный уголок. Вынул из бумажного пакета коньяк, по-хозяйски полез за стаканами. Достал штопор, но, прежде чем открыть бутылку, на секунду засмотрелся на гипнотизирующую паутину транспортных потоков за панорамным окном.

Ямакава ни на мгновенье не замедлил плавного движения, начатого за мгновение до появления Семенова, легко согнувшись в поясе и почти коснувшись подбородком колен.