Изумрудные глаза

Родители Николая заметили перемену в сыне. Он стал задумчивым, молчаливым и все время спешил на улицу. Пропало его рвение к книгам, к младшим братьям и сестрам он стал относиться более холодно, не скрывая того, что проводя время с ними, он упускает что-то важное в своей жизни.

– Что это с сыном, мать? – спрашивал Маргариту Александровну Степан Аркадьевич.

– Весна, – улыбалась в ответ жена, – влюбился видать.

– Да в кого ж это влюбился-то?

– В Аленку Захарову, судя по всему. Ты разве не знаешь, что он за нее в школе заступается? – пожала плечами женщина, вытирая вымытую после ужина посуду.

– Как в Аленку? – удивился отец, – Да неужели же?

– Что это тебя так удивляет? Хорошая девочка. Полноватая немного, но для счастья семейного это не так уж и важно.

– Что же, и о свадьбе уже подумывают? – округлил глаза Степан Аркадьевич.

– Да нет, это я так, события тороплю. – Улыбнулась Маргарита Александровна.

Степан Аркадьевич сплюнул и тихонько проговорил,

– Мне так больше Алинка Бухарова нравится.

У той хоть мордашка смазливая, да и фигурка ничего.

Собственно, сказал он это, недостаточно тихо, потому как в следующую секунду жена шутливо накинулась на него с полотенцем и, смеясь, стала колотить его:

– Ах ты, прохвост старый! Неужто на девок молодых потянуло, и жена старухой казаться начала?

– Ну, милая, – засмеялся супруг, уворачиваясь от полотенца. – Ты же знаешь, что я только тебя люблю. А кого там Колька любит, так это его дело, хоть лошадь кривоногую.

Лишь бы голову не терял, об учебе не забывал.

Родители возлагали на Николая большие надежды. Они мечтали, как он сдаст экзамены, поступит в институт, получит хорошую профессию и будет жить в городе, не забывая о своей семье. Но их надеждам не суждено было оправдаться.

Николай чувствовал, как его привязанность к Алине росла с каждым днем. Он любил в ней буквально все: ее огромные зеленые глаза, ее голос, взгляд на жизнь. Ему нравилось, когда она вспыхивала как спичка, в разгоравшемся споре, и тут же угасала, не желая ругаться с друзьями.

Он так же не мог не замечать, как круглолицая Аленка неравнодушна к нему. Она все время находилась рядом. Пыталась найти повод прикоснуться к парню. То у него пальто испачкалось, то в белокурые волосы что-то попало, а то и вовсе на носу появлялась невидимая грязь, которую она с особой нежностью и медлительность, точно растягивая время, вытирала кончиками своих пухлых пальцев.

Шло время.