Чужой мир. Противостояние

А если и захотят, то им точно освежат память многочисленные враги, выставив Марвэлов в роли шутов…

Так под монотонный стук лошадиных подков я размышлял о перспективах своего будущего, пока реальность не вернула меня к повседневной жизни. Карета резко свернула, и перед моими глазами промелькнули два барлэйских латника, стоявших возле открытых решетчатых ворот.

– Тпру-у-у! – раздалось через несколько секунд, Жарэн явно натянул поводья.

Пока мой кучер спрыгивал с козел, я открыл дверь и выбрался наружу.

– Мы вам больше не нужны, мастер Артур? – Сбоку от меня послышался чей-то глубокий бас.

Я посмотрел на открытые въездные ворота. Охрана их пока не закрывала из-за остановившегося там командира моего сопровождения. Его звали Кромах – довольно крупный барлэец лет пятидесяти от роду.

– Вы на сегодня свободны, – сказал я.

– Хорошо! Тогда мы ими и будем, – кивнул латник и опустил забрало шлема.

Дернув поводья, он умело развернул лошадь и пришпорил ее. Следом за ним ринулись и остальные всадники, нарушив тишину спящей улицы стуком подков. Дороги Верхнего города от снега все-таки хорошо чистили.

Вокруг меня телохранителей теперь стало намного меньше, но беспокоиться об этом не стоило. Шэвер разузнал, что мой нынешний особняк круглосуточно караулят шестнадцать барлэйцев и четыре собаки.

Жарэн отогнал карету метров на десять правее дома. Там располагалась небольшая конюшня, где он и начал распрягать лошадей. Я же перед тем как зайти внутрь решил немного осмотреться.

Покойный Замбэр окружил особняк не только кованым забором в виде острых пик, переплетенных лозами, но еще и сплошной стеной из высоких деревьев, напоминающих мне земные туи.

Они отсутствовали лишь со стороны городской улицы. Там находился только забор с воротами, через которые и заехала моя карета. А рядом были вкопаны каменные столбы с горящими наверху фонарями.

Кстати, свет фонарей довольно красиво падал на укрытые снегом деревья и газон, создавая приятную сказочную атмосферу зимнего вечера. Хотя, конечно, в этом элитном гадюшнике мне не стоило расслабляться.