Код Ктулху

Как птицы, способные безошибочно находить маршрут благодаря внутреннему компасу, так и музыкант, петляя по незнакомым дворам и переулкам, в итоге выбежал к родному гнезду. Здесь он появился на свет. Здесь оперился. Отсюда же отправился в свободный полёт. А ведь обещал навестить мать ещё в том месяце, но всё откладывал. Так всегда, сперва важные дела и заботы, а как прижмёт, сразу хочется вернуться под тёплое крыло матери. Свернуться там в клубок и забыться. Николай поправил грязное пальто и решительно направился к подъезду.

Современный мир изменил общество до неузнаваемости: мобильные телефоны, интернет, видеозвонки, беспилотные автомобили… Только старые подъезды Мурманских пятиэтажек остались в первозданном виде. Такими же, как и двадцать лет назад: обшарпанные стены, бетонные ступени да старенький лифт, жалобно скрипящий на свою тяжёлую жизнь.

Среди неестественной тишины подъезда, заигравший телефон показался оркестром.

– Ты думаешь укрыться у родственников – хорошая идея? – прозвучал знакомый механический голос.

Николай замер у лифта.

– Как ты узнал? Ты что следишь за мной?

– Конечно, – легко согласился незнакомец. – Ты нужен для одного важного дела, и в моих интересах не дать тебе увязнуть в критической ситуации.

– Чего? – возмутился музыкант. – Ты ненормальный? Мы даже не знакомы… или знакомы? Кто ты такой?

– Кто я совершенно неважно, – ответил голос, не меняя интонации. – Важно, что мы можем помочь друг другу. Если хочешь, зови меня мистер Икс.

– Почему я? – Николай присел на корточки. – Я простой пианист и в жизни не сделал никому ничего плохого.

– У меня довольно ограниченный выбор, приходится работать с тем, что есть. Но если тебе станет легче, то в каждом из людей существует скрытый потенциал и на данный момент ты единственный, кто может справиться с моим заданием, так что это судьба.

– По-моему, ты перегибаешь. Просто скажи, что тебе надо?

– Другой разговор, – одобрил голос. – Мне необходимо устранить одного человека.

Николай рассмеялся. Громко, зло, неестественно. Выплёскивая всю ненависть к себе, своей слабости и доверчивости. Смеялся, пока не скрутило живот. До слёз, до потери достоинства.