Сюзана Фэр

– Тогда будьте моим принцем!

– Сюзана, ты еще слишком юна и многого о взрослом мире не понимаешь…

Сюзана, не дав договорить Генри, подлетела к нему точно прекрасный журавль, резко схватила его руку и прислонила ладонью к своей груди.

– Слышите? – спросила она, – от одного вашего прикосновения, оно вырывается из груди!

Генри Оскар невольно смутился от неожиданного и решительного действия мисс Фэр. Своей ладонью он ощущал не только трепетное биение ее сердца, но еще и мягкую, упругую грудь.

– Только я подумаю, что ты не такая, как твои сверстники, что ты более опытна и рассудительна, как ты показываешь мне, что совсем еще дитя…

Генри крепко схватил Сюзану за талию, их лица стали близки.

– У меня есть желания, потому что я взрослый мужчина. Ты не должна делать подобное, не подумав о последствиях, – произнес Генри, пристально смотря в ее дрожащие от любви глаза, – если бы здесь был другой мужчина, он бы этим воспользовался… да и я держусь с большим трудом.

Внутри Сюзаны все трепетало, ей хотелось, чтобы этот миг не заканчивался, чтобы он ее не отпускал, а только сильнее прижимал. Ныне, ничего не знающая о людских желаниях и любви, она хотела нечто большее.

– Ну, здесь, сейчас именно вы… поэтому, я полна решимости… потому что это вы! – нежно сказала Сюзана, закрыв глаза и ожидая, что сейчас губы Генри коснутся ее.

– Но я не буду.

Генри отпустил Сюзану и, отвернувшись, продолжил:

– Пока не буду…

– Почему?

– Дай мне время!

– Зачем? Почему вы не хотите…

– Потому что я влюблен в тебя, – быстро и ясно сказал Генри, перебив Сюзану, – и это меня пугает, но в тоже время чарует и восхищает.

Через тело Сюзаны будто прошел ток, она даже и представить не могла, что подобные слова способны заставить ее душу и сердце гореть ярким огнем, будто фейерверк взорвался внутри нее.

– Именно из-за этих чувств, я не могу сделать то, что ты хочешь. Из-за моих моральных принципов, как бы я не желал. Это будет неправильно.

Генри подошел к Сюзане, взял ее нежное, покрасневшее до ушей лицо в свои большие мягкие ладони и поцеловал ее высокий белый лоб. На него так изящно падала небольшая прядь белокурых волос. Генри вложил в этот поцелуй такую любовь, что Сюзана почувствовала ее внутри себя.

– Это все, что я могу пока тебе дать, – сказал Генри, нежно смотря в ее кристальные глаза, которые так ярко блестели, что его сердце забилось чаще, – но мне хватит и этого.