Было бы сердце

Женя отправилась в бар за вином – я осталась сидеть на веранде. В то время мне было еще неловко оставаться в людных местах в одиночестве: я старалась не смотреть по сторонам и утыкалась в телефон.

За соседним столом сидели британцы: их речь с характерным акцентом долетала до меня обрывками – я старалась не вслушиваться в их разговор.

Женя вернулась через пару минут, заметив, что красивый подлец за соседним столиком строит ей глазки.

Мы вместе с ней посмеялись над этим – затем британцы подошли к нам и спросили, не против ли мы, если они присоединятся к нам.

Мы были не против.

Через пару часов Женя обнаружила меня внутри клуба: мы с Олли целовались под the Killers. Вино ударило мне в голову, и самой большой проблемой в эту минуту казалась моя красная помада, которая размазывалась по всему лицу. О том, что я предаю любимого человека, я не подумала даже наутро, когда мы всей компанией встретили рассвет на пляже. В то же утро – какая ирония – по дороге домой я получила от тебя сообщение. Мы съезжали на велосипедах с пригорка, когда я услышала звук оповещения на телефоне.

Недолго думая я отпустила руль и потянулась за телефоном, и за пару секунд до падения успела прочитать сообщение. «Я очень жду тебя в Москве».

Когда Женя обернулась, я сидела на дороге с разбитыми в кровь коленями и пересматривала сообщение раз за разом, словно боялась, что оно сейчас исчезнет и все окажется нелепой галлюцинацией. Я не чувствовала боли – только теплая кровь щекотала ноги, сползая каплями к лодыжкам.

Я наконец знала, что мы увидимся, и с того дня ждала возвращения в Москву, не радуясь больше океану, солнцу и неспешной жизни.

– Москва

После того, как мы увиделись с тобой в Москве после нашей с Женей поездки, жизнь почти вернулась в старое русло. Почти – потому что каждый из нас по отдельности пережил то, о чем мы никогда не говорили друг другу. Для меня так и осталось тайной, что происходило в твоей жизни все это время, а ты не спрашивал, что нового случилось у меня.

Я была рада, что ты не задавал этот вопрос. Случилось слишком много – и ничего, что я могла бы тебе рассказать.

Ты сказал мне, что я повзрослела за то время – и я сначала обрадовалась, возгордилась этой переменой, этой взрослостью, но позже поняла, что этих слов мне было недостаточно и это вовсе не то, что я хотела услышать от тебя в первую после разрыва встречу.

Мы снова стали проводить вечера вместе – но я больше не верила тебе так безоговорочно, как прежде.