Только монстр

– Но Рут…

– Пообещай, – проскрежетала бабушка, из последних сил поднимая руку и хватая внучку за запястье слабыми пальцами, на одном из которых тускло блестело обручальное кольцо с рубином – того же цвета, что и кровь. – Произнеси вслух.

– Обещаю, – хрипло прошептала Джоанна.

Бабушка с видимым облегчением выдохнула и уронила руку обратно, оставив обернутым вокруг запястья внучки ожерелье: на тонкой золотой цепочке виднелась какая-то подвеска. Они почти сливались с браслетом семьи Хантов.

Внимание Джоанны отвлекла подошедшая Рут.

– Я справилась с окном. – Не получив ответа, кузина осторожно прикоснулась к плечу бабушки, которая лежала с закрытыми глазами. – Теперь мы с Джоанной можем вытащить тебя.

Веки раненой так и остались опущенными.

Рут бросила на сестру встревоженный взгляд, дотронулась до щеки бабушки, после чего занесла ладонь над ее ртом и носом.

«Она умерла, – ощутив ужасную пустоту внутри, подумала Джоанна.

– Но она… – растерянно проговорила Рут. – Она обещала, что дождется меня.

Джоанна хотела сказать ей что-то ободряющее, но в ушах звенело лишь эхо последних слов бабушки: «Только ты можешь остановить героя». Это звучало похоже на бред.

Донесся приглушенный топот. Интересно, давно он уже раздается?

– Рут, мы должны идти, – чувствуя себя в странной рассинхронизации с окружающим миром, произнесла Джоанна, слыша себя будто издалека.

– А? – с трудом сосредоточив на ней взгляд, заморгала кузина, затем медленно положила руку на запястье сестры и сжала. – Эй, хватит.

Джоанна опустила глаза, поняла, что по-прежнему плотно прижимает одеяло к груди бабушки, точно все еще старается остановить кровь, и убрала испачканные ладони. Мышцы ныли от напряжения. К горлу снова подкатывала дурнота. Вид вокруг напоминал о лавке мясника.

Необъяснимо изысканное золотое ожерелье до сих пор обвивало запястье Джоанны.

Кто-то попытался открыть подпертую дверь. Еще и еще раз, так, что заскрипели петли.

– Рут, – прошептала Джоанна, – мы должны уходить.

– Мы не можем бросить ее здесь, – двоюродная сестра не отводила взгляда от лица бабушки с опустошенным видом.

Джоанне тоже этого не хотелось.