Моя прекрасная принцесса

Настороженно наблюдая за герцогом, Джиллиан пришла к выводу, что в известной мере он и впрямь выглядит безупречно – намного привлекательнее, чем она, – с густыми рыжеватыми волосами, ярко-голубыми глазами и лицом греческой статуи. Безусловно, он куда элегантнее, чем она. Впрочем, это будет правдой по отношению к кому угодно. Джиллиан могла оценить, как превосходно сшитый сюртук обтягивает его широкие плечи, как бриджи без единой морщинки облегают мускулистые ноги. Что до галстука, так это почти произведение искусства.

Он был настолько безупречен, что у нее заныл живот. Однажды совершенство уже привлекло ее – и едва не погубило.

– Прекрати пытаться шокировать нас, Джиллиан, – сказала бабушка. – Ты прекрасно знаешь, что это не подействует.

– Au contraire[1 - Напротив (фр.).], леди Марбери, – вмешался Гриффин. – Лично я просто трясусь от ужаса.

Он заговорщически улыбнулся Джиллиан. Эта улыбка всегда была свидетельством, что брат по-настоящему ее понимает. И что более важно, Гриффин, в отличие от очень многих в Лондоне, не считает ее придурковатой и неполноценной.

– Мисс Драйден совершенно права, – произнес Чарлз.

Джиллиан нахмурилась.

– Вот как? И в чем именно?

Левертон неторопливо пересек комнату и остановился рядом с девушкой. Нет, он не крался, но что-то в его движениях напомнило ей… волка, бесшумно скользящего в ночи во время охоты. Чрезвычайно умного волка, уточнила для себя Джиллиан, волка, острые зубы которого запросто разорвут в клочки ее упорядоченную жизнь.

Левертон был такой высокий, что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Джиллиан уткнулась взглядом в глаза дивного оттенка кобальта. Приходилось признать: они действительно поразительны.

– Пожалуйста, поверьте, мисс Драйден, я не хотел никого оскорбить. Я всего лишь удивился некоторым подробностям относительно вашего положения, и это заставило меня забыть о манерах.

При мысли, что он над ней смеется, у Джиллиан скрутило желудок. Но стоило Чарлзу улыбнуться – ее охватил сладостный трепет.

– Ну же, дорогая мисс Драйден, – произнес он своим благородным голосом. – Умоляю простить меня, пока я не совершил чего-нибудь радикального – к примеру, не бросился к вашим ногам. Это было бы неловко для нас обоих.

– Чертов хлыщ, – пробормотал Гриффин.