Поезд исполнения желаний

– Успокойся и не волнуйся ты так, собирай вещи и вызывай «скорую», – подруга мамы говорила тихим, но уверенным голосом, – всё будет хорошо! А твою маму я предупрежу, как только она придёт на обед домой, мы в это время обычно с ней созваниваемся.

Саше сразу стало легче: «Теперь хоть кто-то знает, что я еду в роддом». Она решительно вызвала «скорую», но пока её ожидала, волнение и страх опять овладели ею. Девушка была на грани истерики, когда наконец в дверь позвонили. Пытаясь не расплакаться навзрыд, она скорчила странную улыбающуюся гримасу.

– Первые роды? – спросил один из санитаров, удивлённо глядя на Сашу.

– Да ясно, что первые! – хохотнул второй. – Были бы вторые, не смеялась бы так.

От его слов ей захотелось завыть, она сцепила зубы и всеми силами старалась не показывать своей паники: «Спасибо, успокоил», – зло подумала Саша.

Городской роддом только недавно открыли после ремонта. Александра шла по совершенно пустому коридору четвёртого этажа, испуганно заглядывая в безлюдные палаты, где на железных кроватях лежали свёрнутые рулетом матрасы.

Прижимая к груди сумку, чтобы хоть как-то прикрыть глубокий разрез на груди застиранной серой рубашки, которую ей выдали санитарки, и шаркая огромного размера казёнными тапочками из какого-то деревянного дермантина, она шла на звуки голосов в конце коридора, как неожиданно услышала страшный крик. Сердце сжалось в комок, но она продолжала маленькими шагами двигаться вперёд. В коридор выглянула врач и сказала:

– Проходи, не бойся! Мы тебя заждались: уже час как предупредили о твоём поступлении.

В палате находилась только одна роженица, которая лежала на кровати под капельницей и стонала, мотая по сторонам головой. Время от времени она издавала истошные вопли, от которых холодело в груди. Врач подошла к Саше, дружески похлопала по плечу и с улыбкой сказала:

– Пойдём, милая, посмотрим на тебя. И не переживай: все через это проходят, такая наша женская доля.

На смотровом кресле ей сказали, что всё идёт хорошо, матка открыта на 2/3 и что надо выпускать вОды.

Прямо на кресле её пронзила, как молния, сильная боль от схватки, у Саши потемнело в глазах и она невольно закричала…

После трёхчасовых схваток, родов и последующего зашивания разрывов она лежала на родовом столе в полутёмном зале со льдом на животе и думала, что сегодня пережила гамму самых невыносимых болезненных ощущений, которые только можно представить. Но все эти муки оправданы одним лишь взглядом на новорожденную дочурку.