Суд Рейнмена

Доктор сказал, что в первый раз могут быть колебания срока, плюс-минус неделя или две…

– Верно, я со своей дочерью почти три недели лишних переходила, – Синдия вздохнула, вспомнив свою дочь, пятнадцатилетнюю Инессу. Они не виделись уже 4 месяца. Когда Москва стала слишком опасной для Соболевских, Синдия отправила дочь при помощи Хансена в Исландию, и мамин муж поза-ботился о том, чтобы в стране гейзеров и ледников наёмники Ларри Корвина не смогли добраться до де-вочки.

Как жалко, что свой пятнадцатый день рождения Инка отмечала в Исландии, а не с матерью! Как раз в тот день в Москве Синдия и Хансен заманили в ловушку заказчиков убийства Аркадия Соболевско-го, и день выдался такой напряжённый, что Синдия смогла позвонить дочери и поздравить её только глу-бокой ночью…

– Вы уже знаете, кто у вас будет? – спросила Синдия, отогнав не слишком светлые воспоминания.

– Мальчик. Я делала ультразвук ещё на шестом месяце. Миша был так счастлив, это у него тоже первый ребёнок, а всегда хочется, чтобы первым родился сын.

Про себя Синдия обрадовалась, когда Женя сама вывела разговор на мужа.

– Миша как на крыльях летал, когда узнал, что я беременна. Заставляет принимать витамины, поку-пает приданое для малыша, помогал мне оформлять детскую комнату и даже заключил контракт на при-сутствие при родах, просил меня, когда начнутся схватки, сразу позвонить ему, если его не будет дома… Он до меня уже был один раз женат, да так «удачно», что и вспоминать не хотел.

Синдия на всякий случай мобилизовала всё своё внимание. А вдруг история первого брака Михаила окажется той самой ниточкой, потянув за которую, она распутает «дело Человека Дождя»?

– Они познакомились в девяносто третьем году. Она говорила, что работает инструктором художе-ственного танца, а Миша тогда оканчивал институт и в прокуратуре по каким-то гражданским делам ра-ботал.