Сентябрь в Алустосе

 – И думать только о том, чтобы хорошо обслужить клиентов?

– А что не так?

– Все верно… Только вы-то, – не удержалась Вероника, – чем сами отличаетесь от аниматора, горничной или продавца мороженого? Тоже ведь ОБСЛУЖИВАЕТЕ! – она аккуратно погасила окурок и вышла.

В дамской комнате на полочке небрежно валялась усеянная стразами дамская сумочка, из которой вываливались портмоне, телефон и дорогая косметичка, тоже раскрытая. Среди коробочек, тюбиков и футлярчиков Вероника увидела коробочку "Дюрекс" и хихикнула: "Фу, какой моветон: у наследницы древнего рода в сумочке, как у путаны, на почетном месте лежат "изделия номер два"!"

Из кабинки, покачиваясь, выползла Розалия.

– Чертовы эти тапки, – выругалась она, – это не35-й размер, а ласты какие-то, все время с ног сваливаются! И какой идиот ставил на них размеры?..

– Не боитесь вот так бросать сумку? – спросила Ника. – Вдруг что-то пропадет, – она мазнула помадой по губам.

– Тут есть видеонаблюдение и служба безопасности, – отрезала Розалия, – которая засечет на экране факт кражи и оперативно задержит воришку, если это приличное заведение! – она отвернула кран и начала жадно пить воду. Нахлебавшись, она довольно икнула, закрыла кран, достала косметичку и начала поправлять подплывший макияж. – А если все же прозевают, то обязаны возместить ущерб клиенту! – Розалия пьяновато хихикнула. – А если со мной по-плохому, то за мной не заржавеет… – она завозилась с пудреницей.

***

– Вот сегодня утром, – вещала Розалия, донельзя довольная собой, – одна соплюшка наглая, горничная, начала Ярику глазки строить, задом перед ним вилять. Но кто на моей территории крысить хочет, долго не живут. Я свое кольцо ей в тележку подложила и кипеж подняла, типа, ценность с…ли.

Гельсингфорская довольно ощерила свои крупные зубы.

– Конечно, тут же ее проверили, – продолжала "наследница, гадко хихикая, – нашли колечко и тут же ей пинка под зад с волчьим паспортом, дрянь такую.

Вероника молчала, сдерживая желание схватить самодовольную собеседницу за жиденькие волосенки и хорошенько натыкать головой в унитаз.