Ангел с человеческим сердцем

Безумно счастливая от того, что такое совершенство делит со мной свои тайны, я была не менее несчастна, от ноющего понимания, что этот ангел послан мне на ограниченный срок.

За окном было темно, глаза от усталости закрывались, но я должны была убедиться, что не сплю. Я встала с кровати, и уверенно шагнула к нему навстречу. От неожиданности он замер.

– Что ты делаешь? – спросил он и снова улыбнулся, как в первый раз – улыбкой, сводящей с ума.

Я остановилась в шаге от него.

Спрыгнув с тумбы, он вытянул руку, но прежде чем прикоснуться, предупредил,– Только не пугайся, в первый раз, возможно, не смогу проконтролировать.

– Проконтролировать что? – на автомате переспросила я, уже предвкушая желанное прикосновение.

– Количество энергии, наполняющей твое тело, мы обычно не прикасаемся к подопечным, нам достаточно просто быть рядом.

– Ты сказал в первый раз… но ты ведь уже прикасался ко мне, – удивленно произнесла я.

– Ты была в одежде, я почти не касался твоей кожи, – нахмурив брови, сказал он.

– Но я была раздета, вчера вечером…

– Ах, ты об этом, – с серьезным видом произнес он, – Если это тебя так тревожит, я тебя не трогал, а использовал свои способности. Я дотронулся только до твоей руки, потому что через прикосновение энергия проникает быстрее. Это было необходимо, иначе ты бы умерла. К наполненному человеку я еще никогда не прикасался, – разглядывая меня, сказал он.

Я предпочла промолчать.

– Можно? – вытянув руку ладонью вверх, спросил он.

Вместо ответа я просто кончиками пальцев коснулась протянутой руки. Он не спеша зажал их в своей большой ладони, и его тепло приятно обожгло мою кожу. Я старалась не закрывать глаза, чтобы видеть каждое его движение, каждое прикосновение.

Никогда еще я не испытывала таких ощущений. Его пальцы гладили тыльную сторону моей ладони, а глаза сканировали душу, заставляя отрываться от земли в огненных порывах экстаза. Мое дыхание участилось.

Неосознанно коснувшись его щеки свободной рукой, я заметила, что он вздрогнул, делая глубокий вдох, и тут же внутрь меня стало проникать что-то не осязаемое, и теплое, даже горячее.