Блейд. Книга 2

Остановив автомобиль, блондин положил руки на руль и, слегка прищурившись, начал рассматривать фасад своего нового дома. Снаружи он выглядел представительно, очень громоздко и как-то гнетуще. Он словно нависал над смотрящим огромной каменной махиной, грозясь раздавить и даже не заметить этого.

Располагался дом в городе, недалеко от центра, но был построен таким образом, чтобы ближайший соседский дом был на приличном расстоянии. Блейд не слишком любил постоянное общество кого-то, пусть и неявное. А так… До ближайшей постройки было более ста метров, что гарантировало то, что никакой любопытный сосед не рискнёт заглянуть в его окно.

Хотя, если подумать, у любопытного соседа не было возможности заглянуть в окно даже, если бы он того захотел. Глухой забор почти два с половиной метра в высоту. Сигнализация. Датчики движения. И охрана, которой сейчас не было на территории дома, но которая только и ждала сигнала, чтобы приступить к своим непосредственным обязанностям.

Дождавшись, когда ворота откроются, Блейд въехал на территорию дома, свернул к гаражу. Оставив в нём машину, парень вышел на середину своего просторного двора, оглядываясь по сторонам, оценивая работу нескольких десятков людей, которые, подобно ювелирам, оттачивали в нём самые мелкие детали, доводя внешний вид особняка до совершенства.

Вставив ключ в замок, блондин услышал звук подъезжающего автомобиля, обернулся, хмурясь.

Убедившись в том, кем являлась его гостья, и полностью потеряв интерес к наблюдению за ней, парень зашёл в дом и запер дверь, но всего на один оборот – всё равно через несколько минут открывать.

Сделав два шага вперёд, блондин остановился на границе слишком просторной гостиной, обводя её периметр взглядом, на долю секунд цепляясь то за тёмно-коричневый, почти чёрный, как крепкий кофе, диван, то за вазу на высоком столике, то за телевизор… Всё выглядело так, словно только и ждало своего хозяина, который придёт и развеет одиночество скучающего по нему дома.

Удивительно, но, несмотря на то, что в этом доме никто до этого не жил, каждая его деталь, каждый предмет интерьера выглядел живым, наполненным душой.