Мир – Магия

 – Нормально объясняет, вроде…

– Ага, – Лира закатила глаза и добавила, не скрывая саркастических интонаций. – Особенно про эту, как ее, си-те-на-ру. Я вообще ни слова из той лекции не поняла. Мне, лично, по душе Эртан.

– Старичок с языков? – теперь недовольно поморщилась Орза. – Фу… Он слишком помешанный на них, вам не кажется? – она вопросительно посмотрела на одногруппниц.

– Не больше, чем Ардо на теории магии, – хмыкнула Лира, а Руни как обычно промолчала.

Вообще, она была согласна с Орзой, Грет Ардо и ей нравился, но, конечно, не потому что он хорошо объясняет, тут уж скорее наоборот, а потому что он говорил о магии так, словно она была самой загадочной, таинственной и интересной вещью в мире, а не просто совершенно обычным явлением жизни любого нормального человека, которого с детства тренируют произносить непонятные, странные слова заклинаний, четко следовать инструкциям и говорят: «Вот, смотри, магия».

Его лекции невольно заставляли Руни глубже задуматься над тем, чем действительно является эта, кажется, привычная вещь, откуда она появляется и по каким законам действует. И это, неожиданно, очень увлекало ее.

***

Эф громко вздохнул, резким движением отодвинул от себя папку с бумагами на другой конец небольшого обеденного стола, взъерошил руками светлые волнистые волосы и устало посмотрел в окно. Правда, почти сразу, нахмурившись, отвернулся, уж больно обидно было видеть яркое солнце и голубое небо с бодро бегущими мимо облаками в полдень теплого субботнего дня.

Эти выходные у Эфа выдались не самыми лучшими. Для начала ему пришлось взять на дом кучу материалов по текущему делу, чтобы подготовиться к предстоящей на неделе поездке в Эстер. А во-вторых, он никак не мог выбросить из головы мысли о брате.

Вчера Ал вернулся домой за полночь и теперь благополучно отсыпался за закрытой дверью своей комнаты. И все было бы нормально, если бы эта картина не повторялась каждый день, начиная с прошлого воскресенья. Конечно, Эф понимал, что одна из причин такого поведения брата – он сам, что своими поздними приходами Ал просто пытается всеми силами избежать разговоров, поучительных нотаций и обвинительных взглядов.

Но в то же время, кажется, присутствовали и другие, гораздо более серьезные обстоятельства, о которых оставалось лишь смутно догадываться.

Эф устало отхлебнул остывший, до горечи крепкий чай, поморщился, облизнул чуть сухие тонкие губы, и снова неохотно взялся за работу.