Мир – Магия

– Согласен, мне тоже страшно, – без тени смущения признался Ворт, – но лучше постепенно его вводить, чем потом он сорвется. Да и после проигранных Мирану матчей, мы вряд ли выйдем во второй круг, так что как раз к следующему сезону окрепнет.

– Наверное, – Руни пожала плечами. – Но без тебя все равно будет тяжело… Хм… И когда отбор?

– 27 и 28 декабря.

– Прямо в наши экзамены?

– Ола, мне как всегда «везет», – Ворт нагнулся и поднял с земли мяч. – Поэтому давай-ка еще раз отработаем тот усиленный, идет?

Он красивой дугой передал пас Руни.

– Конечно, – ответила она, элегантным, быстрым движением, притягивая к себе взлетевший в воздух спортивный снаряд.

***

Браза, Руни, сосредоточься…

Перед ней на парте одиноким, белым прямоугольником лежал абсолютно чистый лист бумаги, а к горлу медленно, неприятным, влажным комом подкатывались обидные слезы. Руни тяжело вздохнула. Так громко, что обернулся даже Грет Ардо, который, накинув ногу на ногу, удобно, устроившись в преподавательском кресле, читал свежий номер альстендорфской газеты, изредка переводя внимательный взгляд с черно-белых страниц на десяток склонившихся над партами студентов.

Внутри неприятно кольнуло… Сейчас они, наверняка, уже переоделись и сидят в холле. Эйдар, сто пудов, весь бледный, трясется от страха. Ха-х, да, дебютная игра. А Ворт… бедный Ворт… Интересно, что он чувствует за долгое время впервые отправляясь на скамейку запасных? Вот бы… 

– Руни? – громкий голос Грета Ардо вдруг прервал ее мысли.

Она резко вскинула голову, невольно встретившись с ним взглядом, и тут же, словно обжегшись, опустила ее, и вновь с некоторым удивлением, будто не очень понимала, где находится, уставилась в проклятый белый бумажный лист.

– Ты готова отвечать? – преподаватель отложил в сторону газету. Ребята вокруг все как один уставились на них.

Браза.

– Нет, – промямлила Руни, краснея.

– Хорошо, – Ардо медленно кивнул. – Тогда… хм… – он строго оглядел аудиторию, – продолжаем… – и снова взял в руки шуршащую газету.

Руни облегченно выдохнула.

Из окна до нее долетал тихий, ровный гул наполняющегося болельщиками стадиона. Даже отсюда, с противоположной стороны университетской площади она краем глаза замечала нестройные группки спешащих на игру людей. Сине-зеленые шапки, с выглядывающими из-под них растрепанными волосами, веселые лица, разрумянившиеся от холодного, обжигающего ветра и предвкушения отличного матча, возгласы и взрывы смеха.