Три поэмы про любовь в эпоху постмодерна

Тогда не всё вошло в альбом. Теперь он хочет их послушать.

– Хорошо, я поищу. Как у него дела?

– Ну… может, вы знаете, он болел. Поэтому группа и распалась. Теперь он в норме, даже хочет написать несколько новых вещей.

– Хорошо, я найду и перезвоню.

– Спасибо.

– До свидания.

Закончила свой незамысловатый завтрак, помыла тарелки, пошла в комнату, в которую стараюсь не заходить. Здесь под чехлами и просто под старыми тряпками уже как год пылится наша студия звукозаписи, вернее, то, что от неё осталось.

Говорю наша… а на самом деле моя. Уже год как моя. Сняла чехол со старенького аймака, включила, он затарахтел хардом, набрала в поиске имя Коровин. Пока комп искал файлы, мой взгляд блуждал по всем этим кнопкам, блестящим движкам, разноцветным лампочкам. Я даже придумала последний пост для нашей страницы, на которой сиротливо висели новости годовой давности:

«О! Как мы смеялись и гордились своим мастерством, когда была сделана первая запись той супер-группы. Как мы не спали всю ночь, заряженные кофеином, пытаясь передать идеальный звук.

О! Как всё начало катиться под гору, когда мой любимый начал смешивать бухло с музыкой. Конечно, записывать какую-нибудь банду, у которой татуировок больше, чем таланта, не требует твёрдой руки. Но коктейль, где алкоголя больше, чем музыки, это рецепт катастрофы».

К счастью, Игорь всем запомнился как мастер звукозаписи, не успел пропить своё умение. Однажды вечером сел за руль, но уехал недалеко, врезался в дерево. Врачи нашли перелом позвоночника и немерено алкоголя в крови.

Хорошо, что смерть была мгновенной.

Первый снег радовал недолго, теперь на улице все эти ужасы городской зимы. Звонок в домофоне, это моя подруга Катя. Я сегодня угощаю, наконец перевели деньги. Никуда не идём, сплетничаем у меня, забрались с ногами на широченную софу в гостиной.

– Говоришь, с деньгами проблема? У тебя полная комната аппаратуры, там на пару миллионов. Лежат без дела.

Я посмотрела на неё взглядом обладательницы несметных богатств.

– Это мой приз за жизнь с алкашом, царство ему небесное.

У нас с Игорем было много счастливых дней, а запомнилось последнее.

Среди файлов с записями Коровина и его группы были и видюшки. Соединила ноут с теликом, будем слушать их музыку и смотреть, как записывали тот знаменитый альбом.

– Маринка, это ты, что ли? Ещё с длинными волосами.

– Не узнала?

– Ой, вся деловая! А там за стеклом?

– Вон ногой на стуле с гитарой, это Бак.