Монастырь

Впоследствии мне довелось увидеть это драгоценное собрание в библиотеке одной знатной семьи, и, должен признаться, мне было стыдно, что в столь богатой стране, как наша, не было предпринято подобного издания отечественных историков, хотя оно могло быть выпущено в свет под наблюдением знатных и ученых людей, дабы соперничать с французским, каковое парижские бенедиктинцы опубликовали на средства своего ордена.

– Я вижу, – с улыбкой заметил бывший монах, – ваши еретические предрассудки так сильны, что вы не хотите признать за нами, смиренными братьями, никаких заслуг – ни литературных, ни духовных.

– Вовсе нет, сэр, – возразил я. – Поверьте, что мне в молодости монахи сделали много добра. Во время кампании тысяча семьсот девяносто третьего года[47 - Кампания 1793 г. – вооруженная интервенция, проводившаяся Англией и другими европейскими государствами против французского народа, свергнувшего абсолютизм.] я был на постое в монастыре во Фландрии, и никогда мне не жилось так приятно и беззаботно, как там.

Бедный бенедиктинец опустил глаза и замолк. Нисколько этого не желая, я разбередил в его душе горестные воспоминания или, вернее, неосторожно коснулся струны, которая, будучи задета, долго не затихает. Но он, видно, так свыкся с этими горькими мыслями, что уже не давал им власти над собой.

– Если при поездке сюда у вас была какая-нибудь цель, – сказал я, – и я мог бы без ущерба для собственной совести помочь вам, мне хотелось бы предложить свои услуги. – Признаюсь, я несколько подчеркнул выражение «без ущерба для собственной совести», так как чувствовал, что мне, доброму протестанту, пенсионеру, получающему от правительства половинный оклад жалованья, не пристало впутываться в какие бы то ни было розыски или вербовки, учиняемые бенедиктинцем в интересах иностранных духовных семинарий, равно как и помогать в чем-либо папистам, которых – безотносительно к тому, является ли Римский Папа блудницей вавилонской или нет, – мне не полагается ни поддерживать, ни поощрять.

Мой новый друг поспешил рассеять мои сомнения.

– Я хотел просить вас о помощи, сэр, – сказал он, – в таком деле, которое должно увлечь вас как антиквария и человека с пытливым умом.