Приключения Найджела

Максуэл, – камердинер уже вынес блюдо и снова вернулся в кабинет короля, – отправляйся-ка в приемную вместе со своими длинными ушами. Говоря по совести, Джорди, я думаю, так как ты был моим доверенным и ювелиром еще в те времена, когда я мог бы сказать про себя словами языческого поэта: «Non mea renidet in domo lacunar»[35 - Не в моем доме потолок блистает (лат.).] – ибо, поистине, они так разграбили старый дом моей матушки, что буковые кубки, деревянные тарелки и медные блюда были в то время лучшим убранством нашего стола, и мы радовались, когда у нас было что положить на них, и не обращали внимания, из какого металла сделана наша посуда.

Помнишь – ведь ты был посвящен в большинство наших заговоров, – как нам пришлось послать полдюжины солдат, чтобы опустошить голубятню и птичий двор леди Логенхауз, и какой огромный иск предъявила бедная дама Джоку Милчу и ворам из Эннендейла, которые были так же неповинны в этих деяниях, как я в грехе смертоубийства?

– Джоку повезло, – сказал Гериот, – ибо, если память мне не изменяет, это спасло его от виселицы в Дамфризе, которую он вполне заслужил за другие злодеяния.

– Как, ты помнишь и это?! – воскликнул король. – Но он обладал другими достоинствами. Джок Милч был лихим охотником и кликал гончих таким зычным голосом, что эхо разносилось по всему лесу. Но в конце концов его постигла участь Эннендейла: лорд Торторуолд проткнул его своим копьем. Черт возьми, Джорди! Когда я вспоминаю все эти дикие проделки, признаться, мне кажется, нам веселее жилось в старом Холируде в те тревожные времена, нежели теперь, когда мы как сыр в масле катаемся.

Cantabit vacuus[36 - Он будет петь свободный (лат.).] – у нас не было никаких забот.

– Быть может, ваше величество соизволит вспомнить, – сказал золотых дел мастер, – с каким трудом мы собрали серебряную посуду и золотые вещи, чтобы пустить пыль в глаза испанскому послу.

– Как же! – воскликнул король, увлеченный беседой. – Не помню только имени того преданного лорда, который отдал нам все до последней унции, что было в его доме, лишь бы его монарх не ударил лицом в грязь перед теми, в чьем владении находится вся Вест-Индия.

– Я полагаю, ваше величество, – сказал горожанин, – если вы взглянете на бумагу, которую вы держите в руке, вы вспомните его имя.

– Верно! – воскликнул король. – Как ты сказал? Да, его звали лорд Гленварлох… Justus et tenax propositi…[37 - Справедливый и твердый в испытании (лат.).] Справедливый человек, но упрям, как бык.