Айвенго

Поэтому он высокомерно ответил маршалам:

– Клянусь Пресвятой Девой, этот рыцарь, очевидно, лишен не только наследства, но и вежливости, раз он желает предстать перед нами с закрытым лицом! Как вы думаете, господа, – обратился он к своей свите, – кто этот гордый храбрец?

– Не могу догадаться, – отвечал де Браси. – Вот уж не думал, чтобы в пределах четырех морей, омывающих Англию, нашелся боец, способный в один и тот же день победить этих пятерых рыцарей! Клянусь честью, мне не забыть, как он сбил де Випонта! Бедняга иоаннит вылетел из седла, точно камень из пращи.

– Ну, об этом нечего особенно распространяться, – сказал один из рыцарей иоаннитского ордена, – храмовнику также порядком досталось. Я сам видел, как ваш знаменитый Буагильбер трижды перевернулся на земле, каждый раз захватывая целые пригоршни песку.

Де Браси, который был в дружеских отношениях с храмовниками, собирался возразить иоанниту, но принц Джон остановил его.

– Молчите, господа! – сказал он. – Что вы спорите попусту?

– Победитель, – молвил маршал де Вивиль, – все еще ожидает решения вашей светлости.

– Нам угодно, – отвечал Джон, – чтобы он дожидался, пока не найдется кто-нибудь, кто мог бы угадать его имя и звание. Даже если ему бы пришлось простоять в ожидании до ночи, он не озябнет после такой горячей работы.

– Плохо же вы изволите чествовать победителя! – сказал Вальдемар Фиц-Урс. – Вы хотите заставить его ждать до тех пор, пока мы не скажем вашей светлости того, о чем мы понятия не имеем.

– Может быть, это граф Солсбери? – сказал де Браси. – Он примерно его роста.

– Скорее, сэр Томас де Малтон, рыцарь Гилслендский, – заметил Фиц-Урс, – Солсбери шире в кости.

И вдруг в свите зашептались, но кто шепнул первым, трудно было сказать:

– Уж не король ли это? Быть может, это сам Ричард Львиное Сердце?

– Помилуй бог! – сказал принц Джон, побледнев как смерть и попятившись назад, как будто рядом ударила молния. – Вальдемар!.. Де Браси… И все вы, храбрые рыцари и джентльмены, не забывайте своих обещаний, будьте моими верными сторонниками!

– Бояться нечего! – сказал Вальдемар Фиц-Урс.