Триглав

Показывай деньги и выбирай, а нет денег, так я не подаю.

–Ну, что ж значит, сейчас я выберу, – и под холодным пристальным взглядом Мирон стал обходить магазин, осматривая товар. Несмотря на хозяина магазин был хороший и Мирон быстро набрал себе белье, затруднение вызвало только выбор верхней одежды, но в конце концов он остановил свой выбор на серо-зеленом полувоенном костюме.

–Вот, – произнес Мирон, сваливая свой выбор на прилавок. Иракус внимательно следивший за перемещением покупателя, столь же внимательно стал все пересчитывать и оценивать.

–С вас четыре серебрушки и двадцать пять грошей, – и выжидающе уставился на Мирона. Мирон вытащил пять и по одной выложил на прилавок.

–Удовлетворены господин Иракус?

–Более или менее, – сгребая монеты, он добавил, – сумку вам дать.

–Да и где я могу переодеться, заодно получить сдачу. Иракус пробормотав себе, что-то под нос, отсчитал медные гроши.

–Переодеться можете там, – махнул рукой в сторону примерочной кабинки, вот сдача за вычетом двенадцати грошей за сумку.

–А почему так дорого. Иракус ухмыльнулся.

–Она шелковая. – Мирон, пожав плечами, собрал свои вещи и сложил в сумку.

–Благодарю, переоденусь в другом месте.

–Дело ваше, мне меньше проблем.

Мирон, более не обращая внимания на хозяина, вышел из магазина. Лошадь как он и ожидал, ждала его в компании с Лораном и еще двумя мальчишками.

–Ну, что господин Тираф, приобрели? – голос Лоран был серьезен.

–Да Лоран, я должен с тобой согласиться Иракус действительно мерзкий тип, – после этих слов вся компания рассмеялась.

–Да кстати Лоран, где я могу привести себя в порядок? – Лоран, почесав затылок и что-то прибросив сказал.

–Там за углом будет мыльня Самтра. Она сейчас закрыта, но если будете настойчивы, он пустит. Так он веселый господин и готов помочь, если нужно.

–Спасибо Лоран, лови, – и Мирон высыпал всю медь данную ему Иракусом. Да и отряди кого-нибудь, пусть отведет лошадь к Петуху.

–О благодарю господин Тираф это щедро.

–Ничего, бывай.

–И вам счастливой дороги!

Мирон, махнув на прощание поспешил в указанном направлении. Мыльня оказалась на следующей улице не слишком далеко. Ее Мирон определил по вывеске, на которой была нарисована бадья и из которого свешивалось полотенце. Толкнув дверь, Мирон понял, что его предупреждали верно, и мыльня уже закрыта. Осталось только одно стучать, пока не откроют. Через некоторое время под не прекращающийся стук приоткрылось дверное окошко.