Волчья кровь. Обращенный

На улице сняла одежду и приняла облик волка. Мне нужна была помощь, сама я не справлюсь. Мысленно отправив просьбу Долену прийти в летний домик, я снова стала человеком. Я была уверена, что друг получит сообщение.

Войдя назад, я сразу направилась на кухню. Следовало снова наложить бинты. Разрезав еще одну футболку, заменила импровизированную повязку, сквозь которую немедля проступила кровь. Парень, повернувшийся в мою сторону, был насторожен, но, когда увидел окровавленную повязку на плече, встревожился.

– Что у тебя с плечом? Это те… волки?

– Все в порядке, – коротко ответила я, вновь садясь рядом с камином.

 – Что мы будем делать с тобой?

– А что со мной делать? – вновь заволновался парень. – Ты можешь объяснить куда ходила, и что это значит? Ты кого-то звала?

– Слушай, для тебя это все в новинку и непонятно. В нашей истории есть очень печальные главы про обращенных, про таких, каким станешь ты. Люди, которых кусали волки, становились неуправляемыми. В них возрастала ужасно сильная жажда крови.

От своего безумия они порождали других обращенных. Они был как самый ужасный и неизлечимый вирус. Спустя время Верховные ввели закон запрещающий сохранять жизнь любому укушенному человеку. Тот волк, который нарушит закон, будет подвергнут жестокой смерти.

Я подняла глаза на растерянного Кеннета. В его голове не могло уложиться сказанное. Он молчал, молчала и я. Я предполагала, что будет меня ждать. Ну не смогу я его убить, а стая Некрена не возьмет добычу назад.

– Можно ведь сделать уколы? Сорок штук в живот я выдержу, – неуверенно предложил Кеннет, запуская руку в растрепанные волосы.

– Это не бешенство. Никакие уколы тебе не помогут. Это неизлечимо! – повысила голос я, чувствуя возрастающую злость. Я злилась сама на себя. Но откуда мне было знать?

– Может ничего не будет, – начал волноваться Кеннет, блуждая глазами по комнате.

– Кеннет! Это неизлечимо, – почти кричала я.

– Значит, убьешь меня?! – парень тоже повысил голос.

Я не смогу. Отец прав, во мне очень много человека.

Всех укушенных следует убить, так надо. Но я никогда никого не убивала и не видела убийств. Кеннет непонимающе смотрел на меня, ожидая ответа, а я тяжело дышала, пытаясь справиться с чувствами.

– Я не смогу… – шепотом ответила я, опуская взгляд.

Я не видела его лица, но слышала частое дыхание. Кеннет набрал в грудь воздух и в этот момент входная дверь открылась. Парень мгновенно обернулся и затаил дыхание. На пороге стоял светло-серый волк.