Я умру, если остановлюсь…

Он знал, что через пятнадцать минут их диалог подойдёт к концу, и они навсегда потеряются в бесконечном потоке жизни.

– Да, – оборвал он максимально холодно. Вышло, признаться честно, слегка по-детски. – Хочу узнать, почему она открестилась от меня и оставила на попечение отца и его брата.

– Значит, Хендерсон, штат Невада?

– Точнее данных нет, – вздохнул он. – Какой-то парк в Хендерсоне.

– Хендерсон, – задумчиво повторила Эмма. – Чтобы найти её в ХРЕНдерсоне тебе понадобится тот, кто может, без обид, адекватно расспросить местных.

– Я привык уже, справлюсь.

– Ты не понял, я поеду с тобой, – улыбнулась она. – Я так и не сказала, кем работаю? Да?!

– Нет… то есть… – залепетал Мэтью. – То есть да, не сказала!

– Я журналистка, меня отправили в Лас-Вегас, чтобы изучить проблему, связанную с нехваткой пресной воды, колоссальная доля которой уходит на нужды туристов, а не местных жителей. Но твоя история… чёрт, – прищурившись, закивала она в такт барабанной дроби, что отбивал слегка замедляющийся поезд.

Ещё бы, от этого зависела его жизнь!

– Ничем непримечательная история, – пожал плечами Мэт.

– Чёрт! – возбуждённо выругалась она, что окончательно обескуражило Мэтью. Ругательства шли ей так же, как смирительная рубашка подошла бы пилоту истребителя F-22 «Raptor» в самый разгар боевых действий.

– Чёрт… – с наиглупейшей улыбкой повторил он.

7

– Нам бы перекусить чего, – едва поспевая следовать за Мэтью в последний вагон, сказала Эмма.

Поезд практически остановился. В проходах тут и там уже появлялись люди, маневрировать между которыми юной журналистке было не так уж и легко, чего нельзя было сказать о мужчине в старомодной багровой куртке, умело скользившем сквозь толпу.

– Найдём фургончик, где продают еду. Только вот одна проблема: в городах вроде Вегаса и Нью-Йорка слишком много народу, слишком много очередей… – и тут его вдруг осенило, нотки радости и облегчения проскочили в его голосе.

– Ещё чего?! – возмутилась Эмма, и Мэт понял, что слишком рано обрадовался попутчице. – Я хочу увидеть, как ты это делаешь!

Двери вагона распахнулись, и пассажиров тут же объяли духота и дух азарта.

– Чёрт! – шепнул он едва слышно, выскакивая на перрон.