Оборотни

У неё самой теперь рыжая шкура и никаких шансов снова стать блондинкой.

– Сходить к ней? К полудню мы до берега реки доберемся. Только вот как примут, знать бы, как примут. Совсем недавно я с этой сладкой парочкой крепко поругался.

От безвыходности положения хотелось выть. В звериной шкуре не холодно. Мы сыты и здоровы, здоровее, чем в облике человечьем были. Но такая тоска.

– Давай Поленька помяукаем о чем нибудь интеллектуальном. “Унылая пора, очень очарованье, приятна мне твоя прощальная краса”. И тому подобное, приятное и поэтичное.

– Я укушу вас граф. Совершенно не поэтично и предельно грубо укушу. Был бы на моем месте Александр Сергеевич Пушкин, он бы вас насмерть загрыз.

– Что ж, чтобы не быть загрызенным насмерть собственной женой, мне остается одно, вести её в гости к местной Цирцее, волшебнице и обманщице Анютке. Вперед моя подруга!

Рыси пробегают в поисках добычи не один десяток километров. Мельница, на которой обитали, слишком хорошо мне знакомые личности, находилась в пяти верстах от места нашей ночевки.

Выстрел застал нас врасплох. Настоящая рысь сумела бы учуять запах охотника. А мы, растяпы, проворонили. Несколько дробинок застряло в шкуре у Полины, мне повезло, браконьер промазал. Как мы ломанулись в чащу, убегая от следующего выстрела. Не стоило и торопиться. Горе охотник, ругаясь матом, пытался перезарядить ружье. Хватило ума, на рысь пойти с охотой, зарядив ружье дробью. Да и какой дурак охотится сейчас на пушного зверя?! Надо дождаться зимы, мы перелиняем, шерсть наша станет толстой и красивой.

– Больно Боря! Ныла Полинка.

– Ничего не больно, слегка только поцарапало. Подожди, отбежим подальше, я тебе залижу ранку. Все пройдет, не войте графиня.

А ведь я узнал этого мерзавца. Работник из него аховый, но, оказывается, подрабатывает браконьерством в свободное от безделья время. Будет тебе от меня! Если, бог даст, вернусь в человеческую шкуру, за каждую дробинку, выпущенную в мою Полиночку, ответишь дюжиной плетей у меня на конюшне.

Лелея в душе такие крепостнические планы, я бежал рядом с супругой. Наконец, сделав привал, я тщательно вылизал ей шкуру. Как и думал, ничего страшного. Пару дробинок выкусил из кожи, с одной, застрявшей поглубже, не рискнул возиться. Может сама выйдет.

– Боря, а мне снова есть хочется.

В сущности, что значит какой-то заяц для двух здоровых крупных рысей. На один зубок.