Малиновый бродяга. Новые тропы

Пёс дал мне вдоволь выспаться, и даже ни разу не потревожил за всю ночь. Маленький клубочек спал так долго, словно прошел вчера не меньше моего.

– А что это ты меня не разбудил? – поинтересовался я у него.

Ролли слегка приподнял голову и тут же положил обратно.

– Да, вид у тебя уставший, даже странно. Отдыхай, братишка.

Я неспешно встал и принялся готовить себе завтрак. Про пса я тоже не забыл, свежая порция собачьего корма была подана к десяти утра.

– И чем же мне сегодня заняться? – задал я сам себе вопрос.

 – Целый день в моем распоряжении.

Я вспомнил про турники недалеко от дома, можно было попробовать потренироваться, вспомнить былые времена. Занятия спортом помогли бы скрасить пустоту этого дня. Заодно и собака могла погулять. Я видел, так делали местные жители. Они привязывали поводок прямо к турникам, таким образом питомец был зафиксирован на одном месте. Тренировка заканчивалась совместной пробежкой. Я решил сделать что-то подобное. Хотелось проверить остатки спортивной подготовки.

Когда-то она была у меня на высоте, в настоящее время стройка вынимала все мои силы, но сегодня я был готов немного встряхнуть стариной. Ролли неохотно поплёлся за мной к входной двери, явно не разделяя мою затею.

– Давай, дружок, не ленись. Составишь мне компанию.

Вялый вид моего кофейного приятеля начал меня беспокоить. С ним явно было что-то не так. Я подумал, что прогулка на свежем воздухе должна положительно отразиться на нем.

Но даже после часа на улице пудель выглядел болезненно. Ни о каких совместных пробежках не могло быть и речи. Я был готов, а мой пес – нет.

– Что же мне с тобой делать?

Я взял Ролли на руки и решил донести его до квартиры. Пес был не против. Сергей Сергеевич обещал помогать в любом вопросе, сейчас мне явно нужен был его совет. Я позвонил ему из дома. Прораб воспринял мою тревогу слишком поспешной и посоветовал не поднимать панику.

– Это же собака, – сказал он, – что с ней может случиться? Вот увидишь, завтра все будет в порядке.

Не кипиши.

Такой совет не слишком меня успокоил, возможно, я действительно преувеличивал масштаб трагедии. Но я чувствовал груз ответственности за этого пса, в конце концов я жил в этих хоромах только из-за него. Мне совсем не хотелось иметь проблемы с моим руководством или этим Игорем Николаевичем, в случае болезни или гибели собаки. Пёс за несколько часов так и не притронулся к еде.