Кащей

Койлин, вкратце рассказал о своих приключениях. Старик внимательно слушал Койлина, лишь изредка покачивая головой, и когда Койлин закончил свой рассказ, старик произнёс:

– Всё правильно, я не ошибся. Ты мог погибнуть уже множество раз, но всегда оставался жив. Видимо, у тебя, как у кошки, девять жизней. Когда придет весна, ты отправишься в ту далёкую землю, о которой я тебе рассказывал. Дорога будет трудной, но ты выдержишь.

Старик прямо посмотрел в глаза Койлину из – под кустистых бровей.

– Ты знаешь, что значит убить человека?

Койлин молча выдержал взгляд старика.

– Знаешь – тяжело вздохнул старик. – Скольких ты убил?

Койлин продолжал молчать. Старик ответил за него:

– Главное – начать, а там пойдёт само собой! Эх! Хорошо, если ты убил, защищаясь! Мне пришлось убивать людей, даже не дав им помолиться перед смертью! Я не защищался, я нападал. Знаешь, из-за чего?

Койлин продолжал молчать.

– Из-за богатства. Я убивал людей, которые не сделали мне ничего дурного. Скажи, где сейчас это богатство, нужно ли оно мне? Воспоминания терзают меня….

Ты хочешь стать старым? – Лайлокен опять взглянул на юношу.– Ты будешь старым, как я, а может, еще старше. Твой жизненный путь ни к чему не приведет, кроме вражды и ненависти. Ты скопишь богатства, будешь повелевать людьми, решая, жить им, или нет.

Замолчав, старик повесил голову, став похожим на старого беркута, и его горбатый нос ещё более подчёркивал это сходство.

Наступила весна. Снег стал рыхлым, тяжёлым, солнце светило ярко, словно приглашая в путь. Лайлокен собирал в дорогу Койлина так, словно отправлялся сам. Старик всё время присматривался к амулету Койлина. В один из вечеров он взял амулет, чуть нажал на выдающуюся сердцевину шестиугольника. Шестигранный центр подался вниз, лепестки раскрылись, как цветок. Лайлокен осторожно взял в руки амулет, ещё раз внимательно осмотрел его.

– Возьми! – вернул он странный предмет Койлину.

Койлин так же, как и Лайлокен, осторожно взял в руки амулет, и повернул лепестки. Он успел заметить, что черты лица Лайлокен смазались, стены избушки заколыхались, словно под водой, и Койлин обнаружил себя сидящим под крепостной стеной замка, откуда он убежал.