На излёте

А после академии его оставили в Москве в военно-дипломатическом ведомстве Министерства обороны, и с тех пор они не виделись.

В целом Славик был неплохим парнем, и Сергей относился к нему всегда ровно, по-приятельски, хотя особо сблизиться с ним сам не очень стремился. Чем-то этот тип людей раньше его всегда настораживал. Нет, Иванов не был особо ярым и «принципиальным» коммунистом, которые, как правило, только на словах таковыми были, а на деле про запас всегда имели вторую личину, предательскую и беспринципную, впрочем, этому всех нас «учила» наша славная коммунистическая партия – делай все, что хочешь, только не попадайся.

Не был он и шестеркой-карьеристом, которые по поводу и без повода щелкают перед начальством каблуками, а если и имеют свое собственное мнение, то высказывают его лишь тогда, когда твердо уверены, что оно совпадает с мнением начальника.

Просто Славка Иванов казался легким человеком по своей натуре, не легкомысленным, а именно легким, раскованным и коммуникабельным в любой кампании.

Уже будучи в Москве во время учебы в академии и бывая у него дома, Сергей видел, что зачастую даже его жена Лена не могла толком понять, шутит Славка или говорит на полном серьезе, а это, в конце концов, иногда начинало и раздражать.

Но в кампаниях Славику не было цены, он всегда был её «душой и телом», как говорила сама Лена, имея в виду его способность приударить на вечеринке за чьей-нибудь женой, да так, что и ее муж не заметит этого. Остряк и шутник, он знал массу анекдотов и тостов, которые умело и, главное, вовремя мог рассказать.

И всегда это было весело, всегда к месту.

И только потом, намного позже, Сергей понял, что Славка, по сути, не такой, каким выглядел на людях. Добряк по натуре, он, прежде всего, был преданным и надежным другом, отзывчивым на чужую боль и сам – легко ранимый человек, а все остальное в нем – это только прикрытие, своего рода защита от окружавших его людей.

– Но, тем не менее, он в свое время все-таки этим прекрасно воспользовался для того, чтобы неплохо устроиться в столице, – подумал сейчас Казанцев.

 – Хотя кто его знает, что у него сейчас на душе.

И вот вчера Сергей столкнулся с ним нос к носу при выходе из кафе неподалеку от «Октябрьского поля». Они сразу же узнали друг друга. Казанцев, как сказал Иванов, совсем не изменился, а сам Славик из высокого худощавого парня превратился в здоровенного мужика с уже довольно приличным животиком.

Взяли по сотке коньяка, потом по другой.