Одинокая любовь

Порой не имела необходимой одежды, не говоря уже о лишней. С десятилетнего возраста умела шить себе юбки и платья. По старым вещам делала выкройки, у Раисы была швейная машинка. В то время было принято дарить отрезы на платья, так что ткань имелась. У мамы в шифоньере имелась целая полка всяких разных отрезов, из которых Люба и шила свои наряды.

Бабушка Маруся жалела единственную внучку, видя, в каком убранстве та приезжала к ней в гости на лето. За свои заработанные гроши она заказывала в ателье соседнего села новые платья для Любы и брюки клёш, только вошедшие в моду.

Но справедливости ради сказать, все эти затраты на обновки Люба также отрабатывала – вместе с бабулей пасла совхозных гусей, даже не раз приходилось ночевать в гусятнике. В семь утра гнали гусей на луг за село, там протекал ручей, поросший камышом. В кустарнике верболоза был припрятан казан с треногой, в нём варили кулеш на костре. Бывало, приходил на обед сторож с бахчи, которая находилась на противоположной стороне ручья, и приносил с собой жёлтую душистую дыню.

Люба каждый день бегала на баштан по кавуны[8 - На баштан по кавуны – на бахчу за арбузами (укр.).][1]. Сторож научил девочку правильно выбирать спелый арбуз.

Как-то бабушка наварила вареников с вишней, уложила их в полумысок и завязала платком в узелок. Всё это взяли с собой на поле, чтобы самим подкрепиться и угостить сторожа, деда Стёпку. Но не суждено было полакомиться варениками. Сорока, пернатая разбойница, унесла узелок.

Однажды после обеда Люба пошла к ручью помыть тарелки и заметила, как в воде, в камышах, плещется что-то похожее на маленьких змей.

Оказалось, это рыбки-вьюны. Девочка наловила руками этих скользких и юрких рыбок, и радости её не было предела. На ужин была жареная рыбка.

В конце августа родители забирали Любу домой, обычно приезжал отец на мотоцикле. У Виктора была «Ява» тёмно-красного цвета, крутой мотоцикл по тем временам. Дома начиналась борьба с выведением цыпок на руках и выдраивание ног от въевшихся во все поры пыли и грязи.

Всё лето Люба бегала босая, замешивала комбикорм с сывороткой для гусей, плескалась в холодном ручье. Бывало, набегается за день за гусями, а вечером нет сил помыться, так бабушка разрешала Любе надеть носочки и ложиться спать (Люба спала на лежанке на печи).

В сентябре родители брали пару дней отгулов плюс суббота-воскресенье (Любу отпрашивали в школе) и отправлялись в село собирать урожай картофеля и подсолнечника.