По законам Любви

Котята, серые, рыжие, черные и полосатые, копошились в небольшой коробке, стоящей у ее ног.

– Девушка, вот котята, смотрите, – зазывала старушка. – Сто рублей котеночек, вон они у меня какие!..

– У вас разрешение на торговлю есть? – машинально бросила я. Старушка замолчала, приуныла. Я посмотрела на нее, махнула рукой – пусть ребята из ППС этим занимаются.

В витрине магазина игрушек были выставлены плюшевые зверушки огромных размеров. Проходя мимо, я невольно задержалась. Игрушек было очень много, но мне в глаза бросилась одна, особенно милая, – большущий плюшевый медведь с бантом на шее.

Так и хотелось погладить его белый мех, обнять мишку, прижать к себе. В детстве я мечтала о таком медведе – огромном и пушистом, но как–то не сбылось…

Наверное, со стороны я выглядела смешно: встала, как маленькая, и с восторгом разглядываю игрушки.

– Девушка, вас подвезти?

Я обернулась. На обочине стоял хорошо знакомый мне черный джип. За рулем сидел Мелкий.

– Ну, так что? – Мелкий снял и солнцезащитные очки.

И я видела его голубые глаза, хитрые, смеющиеся, с каким-то азартным огоньком в глубине.

– Оставь меня в покое! – и я быстро пошла по улице.

– Как хочешь, – пожал плечами Мелкий.

Джип тронулся с места. Я посмотрела ему вслед. Вот уж не думала, что бандиты так спокойно гуляют по городу, не прячутся, не ныкаются по темным углам.

Я вытащила из рюкзака мобильник. Пару мгновений думала: звонить или нет. Потом набрала номер дежурной части.

Дым сигарет с запахом клубники окутывал меня, я вдыхала этот яд.

Но я знала, что на самом деле меня губит какой–то своеобразный яд, который гораздо сильнее всякого никотина.

Едва докурив одну сигарету, я начинала снова. В этот вечер почему–то постоянно хотелось курить. Пачка сигарет была уже полупустая, а в большой пепельнице из толстого темно-фиолетового стекла возвышалась горка пепла. Вся комната пропиталась дымом, но меня это не напрягало. Настроение было такое, что хуже уже некуда, и на душе мерзко – хоть плачь, хоть на стены лезь, хоть выпивай да горлань песни «Вороваек».

И причина такого настроения всего одна – Мелкий… Я смутно понимала, что это из–за него мне было так плохо, хотя я боялась признаться в этом даже самой себе. Я постоянно думала о Мелком, но не так, как опер о своей работе, – нет! – как-то по-другому… Я думала о том, задержали ли его ребята, смогут ли его прижать? Хватит ли доказательств? А что, если влияние Мелкого окажется настолько сильным… Нет, не может быть.