По законам Любви

Между ними завязалась драка, нож по-прежнему оставался у Рыжова.

Я рванулась вперед. Окунев выставил руку, преградив мне путь.

– Куда? Стой спокойно, а то придется личико подправить!

Я оказалась права, у Окунева тоже был нож.

Рыжий стал выдыхаться. Краем глаза я видела, что он все чаще пропускает удары Мелкого.

– Там ППС! – крикнула я и в ту же секунду. Воспользовавшись замешательством, схватила руку Окуня, вывернула ее.

– Ах ты сука ментовская! – процедил Окунев. Он дернулся, пытаясь высвободить руку.

Некоторое время я продолжала удерживать Окунева в захвате. В какой-то момент он резко расправился, пытаясь ударить меня своей головой. Я уклонилась, удержала захват и ударила его коленом.

– Стой спокойно, урод!

Я оглянулась. Рыжов полулежал на дорожке, вытирая рукой текущую из носа кровь. Михаил – чуть взъерошенный, но такой же обворожительный, как всегда, – приближался ко мне.

– Как ты? – спросил он.

– Порядок. Сейчас наряд вызову, пусть забирают этих… – я изо всех сил толкнула Окунева от себя, и его перехватил Михаил.

– Да ну, – Мелкий поморщился. – Я их сам прижму. По одной земле ведь ходим, да, Окунь?

– Пошел ты!..

– Как нехорошо, – Михаил наградил Окунева ударом под дых. Потом отряхнул руки, пиджак и сказал, поглядев на меня: – Ну что, теперь мы с тобой прогуляемся? А ножички неплохие. Пожалуй, себе оставлю, на память…

Михаил проводил меня до дома.

– Спасибо, что помог, – сказала я, когда на горизонте показался мой двор. И сама удивилась собственным словам. Вот это ситуация… Кто бы мог подумать, что оперативник будет благодарить криминального авторитета? Да уж, куда вы катитесь, оперуполномоченная Солнцева? Если так и дальше пойдет, то можно смело увольняться… – Как ты здесь оказался?

– Был тут поблизости по работе… Шучу! Прогуливался перед сном, заглянул в скверик, а тут такая интересная беседа.

– Вот и мой дом, – зачем-то сказала я.

– Да я, вроде, в курсе, – Мелкий снова улыбнулся.

Я невольно улыбнулась.

Мы подошли к моему подъезду. Над входом в подъезд горела лампа, благодаря ее бледному свету я смогла внимательно рассмотреть лицо Михаила – у него на щеке красовались свежие ссадины.

– У тебя кровь на щеке.