Сыщики из третьей гимназии и Секрет медальонов

– Доклад ему, как обычно, в час пополудни?

– Да, ступай, надо подготовиться…

* * *

Братья Чвановы были не похожи. Ни внешне, ни по характеру.

Младший, Александр, пошел в мать. Скрытный, спокойный, дрожавший над каждой копейкой, после смерти Ольги Аркадьевны он подал в отставку и занялся вместе с отчимом ростовщичеством. Старший, Анатолий, был копией отца. Решительный, волевой. Братья с юных лет друг друга недолюбливали. Даже кулёк конфект никогда не могли поделить. Анатолий съедал свою долю сразу, Александр же удовольствие растягивал, что неминуемо приводило к конфликтам.

– Отдай конфекты мне, раз не хочешь, – требовал Толик.

– Я их потом съем, – возражал Александр.

– Ах так? Не хочешь делиться?

Дело обычно заканчивалось дракой, в которой побеждал старший, наглый и дерзкий.

* * *

Дерзкий снова отправился к маклаку, который вчера приодел его дворником.

– А, привет, заходи, – обрадовался приходу босяка лавочник. – Что? Слам принес?

– Нет! Приодеться снова надо.

– Кем на сей раз? Извозчиком, половым, мастеровым?

– Согласно паспорту, – усмехнулся Дерзкий, – мещанином города Гдов Псковской губернии.

Паспорт этот он украл в железнодорожном вагоне третьего класса по дороге из Москвы в Петербург.

– Тогда примерь сей сюртук. А сверху напяль этот картуз. Отлично! Как влитой. Бороду бы тебе подстричь, мещанин города Гдов…

– Без тебя знаю. Сапоги давай.

– Яловые, козловые?

– А, всё равно. Главное, чтоб хромовые.

Яловые сапоги делали из говяжьих шкур, козловые – из козлиных.

– Не хочешь ли офицерские?

Лавочник вытащил из одного из ящиков начищенные до блеска сапоги, точь-в-точь такие, что некогда, в бытность офицером, носил Дерзкий. Сев на стул, Чванов их примерил.

– Будто мои, – прошептал он. – Теперь штаны.

Перемерив полдюжины, выбрал серые из английской шерсти.

– Одеяние дворника готов зачесть за полцены, – сообщил лавочник.

– Ещё чего, – хмыкнул Дерзкий. – Заверни его в узел, с собой заберу.

– Как скажете, – неожиданно для самого себя перешел на «вы» лавочник.

А всё потому, что одежда Дерзкого преобразила. Из бродяги он превратился… Лавочник сказал бы, что в очень опасного человека. Возможно, даже в убийцу.

– Сорочки свежие есть?

– А как же. Вот здесь вашего размера. – Лавочник тут же выложил дюжину.

– Беру все.