Напиши себе некролог

Потому что учить уже будет некому, а распекать станут пуще прежнего. Я от обер-полицмейстера всегда на полусогнутых выхожу, ни живой ни мертвый. И первым делом после его выволочки лекарство принимаю. Ты тоже прими, – Крутилин встал, подошел к сейфу, достал оттуда полуштоф с водкой и стакан, плеснул на донышко, протянул Яблочкову. – Потом сажусь, – начальник сыскной вернулся в кресло, – открываю ящик, достаю вот этот листок и читаю. На!

Яблочков не без удовольствия (голова после вчерашнего гудела сильно) выпил, поставил стакан и взял протянутую ему бумажку.

«Сегодня на сто втором году жизни скончался действительный тайный советник, кавалер орденов Анны, Станислава и Владимира первых степеней, бывший петербургский обер-полицмейстер и бывший министр внутренних дел Иван Дмитриевич Крутилин. Он принадлежал к числу тех типических тружеников, которые работают с утра до вечера, не знают никаких в свете удовольствий и всецело преданы своему делу…»

– Кто это написал? – спросил ошарашенный Яблочков.

– Кто еще с этакой любовью напишет? Сам, конечно. Так вот… Перечту сей некролог, вспомню, какой я есть замечательный, и успокоюсь. Ты тоже некролог себе напиши. Пригодится. Ну все! Разговор окончен. Пора за работу. Ступай.

– А прошение?

– Какое прошение? – И Крутилин демонстративно его разорвал.

Глава вторая

31 мая 1871 года, понедельник

Яблочков успел отписать лишь пару бумаг, как начальник вновь его вызвал.

– Самый мой лучший сыщик, – отрекомендовал чиновника для поручений Иван Дмитриевич посетителям: болезненно худой с заплаканными глазами даме в темно-фиолетовом жакете, молодому человеку в поношенной гимназической форме и юной прелестнице в платье голубого, под цвет ее глаз, шелка. – Вчера всего за час квартирных воров открыл. Ну, не надо плакать, Анна Сергеевна. Уверяю вас, Арсений Иванович и Капу так же быстро разыщет. Только расскажите ему подробно.

– Иван Дмитриевич, дорогой, – поднялась не без труда дама, – была уверена, что поможете.

Иван Дмитриевич вышел из-за стола, дама раскрыла объятия, но начальник сыскной от них уклонился, просто поцеловав ручку. Яблочков указал посетителям на дверь. Крутилин сделал ему знак, чтоб задержался:

– Дочка с кавалером сбежала, – кратко объяснил он суть дела. – Личность кавалера неизвестна.

– И где их искать? – спросил с недоумением Арсений Иванович.