Ковчег царя Айя. Роман-хроника

Пока его верная спутница отдыхала, Вильям сходил к схрону, вытащил из дыры металлический стержень, выгреб из ниши камни, которыми крепилась потолочина, и набросал сверху прошлогодних пожухлых листьев. Удовлетворившись сделанным, он вернулся к кибитке и предложил спутникам:

– Ну, что, водрузим ларь на приличествующее ему место? Как ты, Джейн?

Женщина молча подошла к жерди и ухватилась за нее, что было силы.

– За это я тебя еще больше люблю, – шепнул Вильям и скомандовал, – взяли!

Аллины откровения

7

– Значит, ты ученый? – предположила Алла.

Руданский рассмеялся.

– Да какой я ученый, просто так жизнь меня повернула.

– Ага, жизнь…

Алла строго посмотрела на мужа.

– Это жизнь так меня повернула, Петя. А ты все ворчишь. Я лично ни в чем не виновата.

– Ну да, ну да, – Петр подхватил игривый тон жены, – не виноватая я, он сам пришел.

– Вот именно – сам.

Лицо Аллы вновь сделалось строгим.

– Знаешь, Кирюша, вот то, что ты сейчас рассказал, я уже целый год в своей голове перевариваю.

Ты лишь подтвердил мои собственные догадки. Спасибо тебе, дорогой. Теперь я понимаю, какая же я дура!

– Это факт, – резко отрезал Петр, – понимает, осознает и кается. Обязуется исправиться.

– Прекрати… – огрызнулась Алла.

– Да что – перестань! – вдруг осмелел Петр, – весь год только и говорила: «Какая же я дура, какая дура… Ах, Кирюша, да, ах, Кирюша!» Разве я не прав?

– Прав. Но язвить не надо сейчас. Не тот случай. Мы снова на Айя.

И Кирилл подтвердил мои собственные мысли. Это самое главное. Теперь надо идти дальше вместе.

– В каком смысле? – уточнил Руданский.

– В смысле – не по одному, – подал голос Петр.

– Я это понял. Но куда идти?

– Через Врата, – спокойно пояснила Алла, – как в прошлом году ты с Женей ходил.

– Ах, вот оно что…

Кирилл внимательно посмотрел на собеседницу.

– А ты уверена, что вернешься назад целой и невредимой?

– Нет, не уверена. Хотя надеюсь.

– Надеюсь… Вон Женя расшиблась в кровь на самом пороге у Врат.

Так ведь она проявила лишь обычное женское любопытство. Ты же, Алла, примешиваешь сюда и свой конкретный интерес. А это чревато.

– Я понимаю, Кирилл. Но хочу, чтобы ты знал. Мой интерес, как ты его назвал, это моя жизнь. И, возможно, жизнь моих предков. Каким-то образом он сфокусирован на мысе Айя. И не отдав себя этому месту сейчас, я не смогу спокойно распоряжаться собственной жизнью в будущем.