Ковчег царя Айя. Роман-хроника

Как это понимать? Разве муж может так спокойно передать жену в руки другого? Причем тот, другой, вообще никаких чувств к супруге своего нового товарища не испытывает. Откровенно говоря, странно все это. Либо супруги чего-то таят от Руданского, либо за год, что Кирилл их не видел, произошло нечто такое… Да, явно за словами Петра и откровенным желанием Аллы скрывается какая-то тайна. И следует ему самому быть начеку, мало ли как дело обернется…

– О, мальчики пришли! – воскликнула Женька, – а мы как раз собирались ужин приготовить.

Руданский криво улыбнулся, подумав о Жене. А на чьей стороне она? В прошлом году, когда получился своеобразный экспромт во взаимоотношениях Жени и Кирилла, она была явно на его стороне. А сейчас? Какая роль уготована ей сейчас? Если Женя вполне согласна с Аллиным выбором, значит, она… Она отдает его, Кирилла, своей лучшей подруге?! Но с какой стати! И даже, если это так, то зачем она явилась на Айя? Чтобы лицезреть «торжественный» отход Кирилла в Аллину палатку? Полная чушь! Не мазохистка же она.

Правда, Петя утверждает, будто у него с Женей, образно говоря, «своя песня». Что ж, поверить можно…

В этот момент Кирилловы размышления прервал громкий голос Петра:

– Девочки! Готов к принятию пищи с одним лишь условием.

– Каким? – Женя внимательно посмотрела на Петра.

– Я сам помогу накрывать «поляну». Аллочку мы освободим для разговора с Кириллом. А то, глядишь, снова гром грянет, и она так и не удосужится с человеком пообщаться. Как мое предложение?

«Начинается», – подумал Кирилл.

– Я – за, – бойко крикнула Женя, – а ты, Алла?

Алла молча поставила на расстеленную клеенку четыре белые пластмассовые тарелки и, встав, сказала Руданскому:

– Ладно, Кирюша, пошли поговорим. Ужин подождет.

– Ну, пошли, – согласился журналист и тихо добавил, – тайны Мадридского двора…

– А? – не поняла Алла.

– Кажется, скоро дождь пойдет, – громко сказал Кирилл.

Алла подняла голову к небу и парировала:

– Может быть. Но он нам уже не помешает, я надеюсь?

Отойдя к дальней стороне поляны, Алла взяла Руданского за руку и проникновенно проговорила:

– Кирюша, я буду с тобой предельно откровенна.

– Хорошо, – согласился журналист, – только я, право, не понимаю, какой откровенности ты ждешь от меня?

– Сейчас поймешь. Но вначале я хочу тебе сказать главное. Кирюша, я все знаю относительно тебя и Жени. Ну, в тот раз…

– В прошлом году? – уточнил Руданский.