След Бремера

Пока непонятно, ради чего вообще вся заваруха случилась.

После ознакомления с древними преданиями Ржавый вспомнил, что Тидир Знающий, чей дневник он добыл для барона, был одним из Вечных хранителей Пути – легендарный герой Эпохи Рока. Естественно, он не был чернокнижником, но обладал множеством древних знаний, в том числе ныне запрещенных. Вряд ли у хранителя Пути в дневнике описаны темные ритуалы, скорее всего, записи являются ключом, подсказкой к нахождению какого-нибудь клада, который барон очень ценит и не хочет ни с кем делить.

Что ж, похоже Ржавый с бароном относятся к счастливым обладатели секрета, так что после победы над чернокнижником можно рассчитывать и на клад. Не жизнь, а сказка, подумал Ржавый и провалился в сон.

Спал он ровно секунду, после чего отвесил себе здоровой рукой такую пощечину, что перехватило дыхание. Спать ни в коем случае нельзя. Нужно выдвигаться прямо сейчас. За окном начал моросить дождь. От мысли, что до ближайшей станции снова придется преодолеть долгий путь, да еще и по сырости, Ржавый чуть не взвыл, но утешил себя тем, что потом сможет спать хоть всю дорогу, поскольку поезд постоянно будет в движении – такой роскоши не могли себе позволить герои старинных сказок! В поисках зонта он открыл шкаф и хмыкнул, увидев на плечиках несколько жилеток розового цвета, довольно неожиданных в гардеробе серьезного ученого.

Ржавый выбрал вместо зонтика брезентовый дождевик и поспешил на вокзал.

Глава 6.

Эпос

…Солнце светило непривычно ярко, даже сквозь белые облачка, быстро плывущие по высокому небу. Сочная трава поднималась до колен и пестрела разноцветными ароматными цветами, будто начало июня сменилось серединой лета. Тонкие ветвистые деревья, обступившие выход из пещеры, были Ноланду незнакомы. Чужим казалось все. Даже камень, на котором он, отдыхая, разлегся во весь рост, не был похож на холодные в любое время года угловатые глыбы, какие он привык видеть в окрестностях Хельдена.

Камень казался гигантской галькой из первозданного эфирного океана, забытой здесь с начала времен. Ощущение было таким, будто река жизни Ноланда, городская и мутная, вынесла его в море, неведомое и бездонное.

Но куда двигаться дальше?

Ноланд не мог сказать наверняка, терял ли он сознание в поездке и сколько времени находился в пути. Григотропос остановился в темной и тесной каменной пещере с грубо обтесанными стенами.