Стример

Плохо, что у меня при 67 марок, из которых 63 я должен Жоре.

На лавочках у бетонированной площадки перрона скучали несколько НПС. Дама в корсете и пышной кринолиновой юбке обмахивалась веером, усатый клерк в неброском сером жилете читал газету, повесив на нос старинные очки с круглыми линзами и без дужек. Двое супругов наблюдали, как вокруг пузатого чемодана бегает мальчишка лет семи, нацепивший великоватый пробковый шлем. Чувствовался дух девятнадцатого века. Время от времени НПС смотрели на циферблат часов на здании вокзала.

Я же озирался, опасаясь увидеть погоню. Интересно, чем мне это грозит? Днем в городе безопасно, атаковать не могут. Задержат, и я провалю квест? А что станет с сюжетной линией? Неизвестность действовала на нервы.

Я услышал гудок поезда и стук колес. НПС засуетились, поднялись со скамеек, поглядывая влево, где рельсы терялись за поворотом. Я проследил за их взглядом. Чувствовал себя непривычно, словно действительно отправляюсь в незапланированную командировку на поезде, не успев собрать багаж, не предупредив родных.

Показался паровоз с широкой трубой, откуда вырывались клубы густого дыма. Дальше тянулись деревянные вагоны, обшитые тонкими листами металла. На солнце лоснилась красная краска. В конце дальнего вагона я заметил тормозную площадку с перилами и кондуктора, опустившего тормоз. Состав остановился, проводники отворили двери вагонов, я в числе прочих пассажиров устремился к своему месту.

Навык Физика повышен до 2

Поездка предполагалась недалекой, на глобальной карте сдвиг вправо на сантиметр практически не заметен.

Наверное, не будь квест срочным, о чем мне настоятельно напоминал журнал, можно было бы дойти пешком, прокачавшись и собрав по пути массу полезных вещей.

Внутри вагон был обшит лакированными деревянными панелями. По углам были закреплены вытянутые кверху стеклянные плафоны, в которых виднелись толстые свечи, сейчас потушенные. Мне досталось купе с попутчиком. Я уселся на обитый каретной стяжкой диванчик и с интересом стал рассматривать гражданина напротив.

Это был мужчина лет под сорок, в застегнутом на все пуговицы длинном пальто, у горла виднелся острый воротник рубашки и пышный узел галстука. Лицо обрамляли черные бакенбарды, вокруг глаз джентльмена расходились жесткие морщины, будто он постоянно и с усилием вглядывался во что-то – хмурился и щурился одновременно. Между колен он поставил зонтик-трость, длинные пальцы с крупными костяшками барабанили по изогнутой крюком ручке.