Жили старик со старухой. Сборник

– Мальчики, у меня что-то во рту сухо, нет ли чего-нибудь запить?

Незамысловатый намёк был понятен без лишних слов. Генка плеснул ей немного вина в стакан.

– Ой, спасибо, а то у меня что-то аппетит разыгрался!

– Накормить мы тебя не можем, вари сама.

Она обвела взглядом всех и ушла в комнату.

– Мне приснилось, Владик, что ты спал со мной, – на ходу сообщила она.

Никто уточнять не стал. Просто всем стало весело, а Юра был всё такой же грустный.

– Юра, а ведь ты не болеешь! – сообщил Влад.

– Как это не болею? – Дятел не мог осмыслить произнесённую фразу.

– А так – не болеешь, мы пошутили.

– Ничего себе шуточки, вы меня чуть рассудка не лишили.

Матвеевна услышала последнюю фразу:

– А вас пора в Кащинку! – она опять пыталась петь и плясать.

– Весело тут у вас, – сказал Саня, – Нас в квартире трое, но тишина и покой.

Юра изрёк свою коронную фразу:

– Мы долбим сопромат, поэтому у нас весело. Сегодня додолбим, а завтра опять свалим, – он постепенно отходил от пережитого ужаса и доже пытался шутить, – Пожалуй я пойду в магазин, моя очередь, да и за помощь на экзамене надо рассчитаться.

Юра ушёл, а Влад рассказал Василию и Саньке, как они пошутили над Дятлом. Все долго смеялись.

– Влад, пойдём, потанцуем, – Матвеевна опять нарисовалась в дверном проёме, – А за этими сейчас приедут, их давно пора в Кащинку.

– Я, Матвеевна, не танцую. Ты бы шла, погуляла. У нас тут мужские разговоры и нам надо готовиться к экзамену.

– Я пойду к соседке, – было удивительно, но Инна Матвеевна безропотно подчинилась и пошла к выходу.

– Куда это вы хозяйку спровадили? – на пороге стоял Юра с пакетом в руках. Он не присутствовал и десяти минут, – Там какие-то тёмные личности раздают листовки, я одну взял, сейчас почитаем.

Листовка возвещала о великом застое, приведшем к кризису власти и о новом дуновении времени в лице какого-то Ельцина, берущегося переустроить жизнь в Советском Союзе на западный манер со сверхизобилием и свободой личности, далее была его биография со списком передвижений по партийной лестнице на руководящих постах.

Ни о каком Ельцине студенты до сего времени не слышали, но смутные разговоры о переустройстве в стране упорно ходили. Возможно они были вызваны вот такими листовками.

– Ну, Юрка, ты всегда куда-нибудь встрянешь! – сказал Генка, – То болезни тебя преследуют, то политическое переустройство тоже без тебя не обходится.