Тихий омут

В комнату пригласить я вас не могу.

– Ирина Аскольдовна, извините, что я Вас опять побеспокоил, но такая необходимость возникла в интересах следствия. Меня интересуют любые подробности из личной жизни Бориса Семёновича. Может, Вы что-нибудь сможете прояснить, но, если Вы не в состоянии со мной беседовать, я могу прийти в другой раз.

– Спрашивайте, я уже пришла в себя и могу отвечать.

– В прошлый раз Вы сказали, что врагов у Бориса не было, а кто его друзья? С кем он больше всего общался?

– Чаще всего я видела его с напарником, с которым он вместе работает.

Их делами я не интересовалась, но как-то из разговора слышала, что они ходят иногда играть в карты.

– А автомеханика, его непосредственного начальника, Вы знаете?

– Да, я его видела, когда приходила к Борису на работу.

– А в нерабочее время встречали ли Вы с ним Бориса?

– Нет, вместе я их не видела.

– А в кафе вы приехали на машине?

– Нет, мы пришли пешком, решили немного прогуляться.

– А Иван Иванович Серов, автомеханик, в кафе тоже заходил?

– Его я не видела, но, когда мы заходили в кафе, я обратила внимание на его машину.

Она у него с приметным номером. Я его на этой машине видела в автосервисе.

– В машине кто-нибудь сидел?

– В машине я никого не заметила.

– Как Вы думаете, за что могли убить Бориса таким жестоким способом?

– Над этим я как раз и ломаю голову. Он никогда никому не причинял вреда, по крайней мере, за эти два года, что я его знаю. В карты они играли на деньги, но по мелочёвке.

В долгах он не находился, выигрывал в пределах бутылки, которую они вместе обычно и распивали. Я к этому относилась нормально, так как от алкогольной зависимости он не страдал, а иногда выпить с хорошим человеком, я считаю явлением нормальным.

– А Виктор Вахреев хороший человек?

– Я его плохо знаю, но и отзываться плохо о нём не могу. Он нормальный человек с нормальными привычками и образом жизни.

– Ирина Аскольдовна, возможно, мне придётся побеспокоить Вас ещё, так как убийца вашего… друга не найден.

Я Вам оставлю свой телефон. Если Вы что-нибудь ещё вспомните, позвоните.

На этом я распрощался и вышел на улицу. Мысли одолевали невесёлые: «Зацепки никакой я не нашёл, а время шло. Нормального человека с нормальным образом жизни жестоко убивают, никто ничего не видел, никто ничего не знает, свидетелей нет. Надо заняться Серовым. Мне лично он не понравился, какой-то скользкий.